Возрождение «Ливерпуля». Инсайдерская история о триумфальном возвращении «красных»

Бротон, несмотря на то что всю жизнь был фанатом «Челси», был назначен в совет директоров в качестве председателя, возглавив Британский совет по скачкам, а также авиакомпанию British Airways. Он был привлечен с одной главной обязанностью: продать клуб от имени Хикса и Джиллетта. Его приезд отразил, как низко пал «Ливерпуль» – Дэвид Мурс опасался финансовой мощи «Челси» при Романе Абрамовиче, и теперь, через три года после того как он перестал быть председателем «Ливерпуля», проданный им клуб искал бизнесмена без предварительных связей, который болел за клуб и за которым пытался следить, но имел еще меньше денег, чем Мурс, чтобы попытаться скорее помочь ему удержаться на плаву, чем процветать.

Через две недели после назначения Бротона Бенитес рассказал СМИ о своем разочаровании тем, что он не встретился с новым ответственным лицом, хотя, как выяснилось позже, Бротон дважды пытался организовать встречи, но Бенитес их отменял, хотя его доводы были понятны, потому что эти встречи были запланированы на дни после игр, и в каждой из этих игр «Ливерпуль» терпел разочаровывающие результаты. Бенитес утверждал, что вместо этих встреч он больше нужен на тренировочном поле. Когда они наконец встретились, Бенитес провел два часа, рассказывая Бротону обо всех проблемах, которые существовали в «Ливерпуле», и обо всех вещах, которые должны были произойти, чтобы улучшить состояние клуба. Он прибыл со списком приобретений, в который входил еще один новый левый защитник. Когда Бенитесу напомнили, что он подписал шесть игроков на эту позицию за предыдущие шесть сезонов и ни один из них так и не заиграл, а затем попросили объяснить, почему именно с этим будет иначе, Бротон решил, что Бенитес не дал ему точного ответа.

Бротон говорил о «поляризованном» «Ливерпуле», пораженном паранойей, которая сидела в каждом человеке, занимавшем важный пост. Он утверждал, что хочет, чтобы Бенитес остался, но Каррагер видел динамику ситуации иначе. «Я думаю, у Рафы кончилась свобода действий», – сказал он. Пока распутывалась эта неразбериха, ни Каррагер, ни Стивен Джеррард публично не выступали по поводу войны в «Ливерпуле». Это удивило Пепе Рейну, который в своей автобиографии задался вопросом, почему это произошло, утверждая, что реакция ведущих игроков в Испании была бы иной.

«В «Ливерпуле» клуб не ставил тебя под сомнение, подобные ценности никогда не были проблемой, – объяснил Каррагер. – Вы никогда не увидите, чтобы игроки «Юнайтед» выходили на публичное поле и критиковали Глейзеров, владельцев клуба. Где проводится эта черта, когда речь заходит об авторитете? Будет ли чем-то в порядке вещей, если я публично скажу: «Не могу поверить, что Рафа Бенитес продал Хаби Алонсо и заменил его Альберто Аквилани». Все назвали бы это позором. Я думаю, что бо́льшая часть внимания на этих вещах была потеряна из-за того, что происходило за пределами поля. Конечно, владельцы не были такими уж хорошими, и мы все это знали. Но как игрок ты не можешь позволить себе оправдываться, даже если все так и есть. Ты должен добиваться результатов на поле. Я не оглядываюсь назад на тот сезон и не думаю: «Мы были дерьмом из-за владельцев». Я думаю, что мы дерьмово играли из-за самих себя».

В 2016 году, через пять лет после того как Джордж Джиллетт потерял контроль над «Ливерпулем», он все еще ежемесячно выплачивал по £125 тыс. в качестве погашения долгов. У него не было достаточно денег, чтобы купить клуб, и именно поэтому он привел с собой Тома Хикса, бизнесмена из Техаса, с которым он работал раньше в серии корпоративных слияний, из которых сформировалась вторая по величине компания по переработке свинины и мяса в мире. Через год их отношения испортились. Смесь неудачных игр на бирже, неудачных решений и возмутительных социальных и пиар-ошибок привели к тому, что болельщики «Ливерпуля» оказались в состоянии войны, опасаясь за существование клуба. Аккурат по центру всего этого сюжета был Рафаэль Бенитес. Некоторые критики считают, что Бенитес усугубил проблемы в «Ливерпуле». Для многих прочих он был их решением.

К октябрю 2010 года, когда «Ливерпуль» вышел на поле на Гудисон Парк, располагаясь чуть выше зоны вылета, Бенитеса в команде уже не было. Равно как и Джиллета и Хикса. То же касается и Хаби Алонсо и Хавьера Маскерано. Фернандо Торрес собирался уходить. Хотя «Ливерпуль» был выкуплен, клуб быстро и драматично несся под уклон. Как же все до этого дошло?