Возрождение «Ливерпуля». Инсайдерская история о триумфальном возвращении «красных»

В среду вечером в полуфинале они нокаутировали «Челси» в серии пенальти. В воскресенье днем они отправились на выезд против «Фулхэма» на матч Премьер-лиги, где исход, казалось, не имел значения, потому что на следующий сезон место в элитном европейском дивизионе было уже обеспечено.

По чистой случайности как раз в тот момент, когда «Челси» готовился к небольшой прогулке до игры против «Арсенала», с которым они играли следующим вечером, шумные болельщики «Ливерпуля» направились на Крейвен Коттедж, проходя по Кингс Роуд и рядом со Стэмфорд Бридж, домом «Челси».

Это просто невозможно, но не было никакой охраны, и один болельщик, подстрекаемый товарищами, увидел возможность забраться в автобус команды «Челси» с красным афинским баннером на плечах. «Челси», конечно, отправился бы в Афины вместо «Ливерпуля», если бы несколько дней назад на Энфилде все сложилось иначе. Последовал момент в стиле Бенни Хилла: не успел он сесть, как его прогнали два члена тренерского штаба «Челси», а также Джон Терри, капитан, который символизировал клуб, который он всегда представлял. Присутствующие вспоминают, как из ушей Терри повалил пар и в обе стороны посыпались оскорбления.

Именно этот инцидент привел к созданию журнала Босс. Дэн Николсон не был в Лондоне на матче с «Фулхэмом», который «Ливерпуль», выставив слабый состав, в итоге проиграл, но на нем были многие его товарищи. Услышав эту историю, он понял, что в далекие дни происходило много необычных вещей, но их никто не документировал и, уж конечно, ни в каком из запоминающихся смысле. Иногда одна из историй появлялась на форуме болельщиков, доходила до четвертой страницы в течение нескольких часов, а затем забывалась. «Многие ребята были примерно того же возраста, чуть за двадцать, и мы поняли, что нам нужно что-то напечатать, чтобы через тридцать лет мы могли оглянуться назад и улыбнуться», – объяснил Николсон.

В конце концов ливерпульская повседневная культура уже была описана в хронике, среди авторов которой были Питер Хутон, певец группы The Farm, а также авторы газеты Дэйли Миррор Кевин Сэмпсон и Брайан Рид. Хутон описал Трибуну как копание во всем, что было в моде, и, поскольку Британия находилась в тисках правления Маргарет Тэтчер, это делало редакционную линию сильно антиконсервативной, хотя политика всегда обсуждалась косвенным образом. Во многих отношениях Трибуна стала социальным комментарием к самому Ливерпулю: не только тенденции, но и история города, ночная жизнь, музыка, пабы, футбол и те, кто ходил на футбол. Он отошел от традиционного музыкального фэнзина и, по словам Джеймса Брауна, который позже редактировал Лоудед, «создал новый шаблон для начинающих футбольных писателей». По сути, Трибуна представляла собой гопническую культуру, которая была настолько далека от хипперских клик студентов-художников и лондонских модников, насколько это вообще возможно. Поль дю Нойер, музыкальный журналист, описал этих парней как «потенциально наименее привлекательных негодяев, которых вы никогда не хотели бы встретить», но Николсон считает, что он и его товарищи четверть века спустя попадают в другую категорию, которую дю Нойер описал так: «обычные мальчики, склонные к озорству, но вряд ли злые».

Трибуна выходила с 1981 по 1989 год. В промежутке восемнадцати лет до Босса фэнзиновская пустота была заполнена футбольными изданиями, которые больше обслуживали помешанных на футболе людей: статьи по поводу моментов прямо с поля стояли на первом месте, принимая приоритет над всем, что происходило вне его. Николсон полагал, что околофутбольная культура сохранилась на протяжении всего этого периода, только никто не хотел ее отображать.

В то время как у «Ливерпуля» могут быть миллионы последователей по всему миру, база их ярых сторонников домашней и выездной поддержки, вероятно, составляет не более 200 человек, или 200 «пайщиков», как они друг друга называют. «Это значит, что только небольшое число будет играть музыку или писать в фэнзин, – размышлял Николсон. – В 2007 году это случилось со мной и моими друзьями».

В следующем году Ливерпуль станет культурной столицей Европы. После десятилетий недоинвестирования со стороны центрального правительства и последующего социального спада город снова начал чувствовать свою ценность. Число посетителей росло, а новые заведения, бары и рестораны придавали им более космополитичный блеск. Подписание «Ливерпулем» Фернандо Торреса помогло развить это чувство, и на какое-то время казалось, что город чувствует больше связи с Испанией, чем с остальной Англией.