Вперед, на Париж! Заграничный поход 1814 г.

«…Таким было сражение при Бриенне. Никакие суждения не смогут оправдать его с точки зрения Наполеона. Оно не могло дать ему никакого благоприятного результата из-за огромного численного превосходства противника, объединившего почти все свои силы. Ландшафт также не предоставлял нам никаких особых преимуществ, и мы сражались на открытой местности.

Единственное, что могло удивить в самой идее дать это сражение, так это то, как плохо противник воспользовался своими преимуществами, и то, как французская армия избежала полного уничтожения».

Союзные монархи высоко оценили героизм русских войск в сражении при Бриенн-ле-Шато. Награждали и генералов, и нижних чинов. Так, фельдфебель Кексгольмского гренадерского полка Иван Ефремов, совершивший «знатный» подвиг, был пожалован королем Баварии золотой медалью. Генерал-лейтенант Его Императорского Величества А.А. Закревский удостоился баварского военного ордена Макса-Иосифа и вюртембергского ордена Военного достоинства.

Император Александр I тоже был щедр на заслуженные награды своим воинам за проявленные отличия в первом серьезном деле на земле наполеоновской Франции. Своим указом от 17 января 1814 года он пожаловал за Бриенн Военный орден Святого Георгия Победоносца полководческой 2‐й степени двум генерал-лейтенантам: Васильчикову Иллариону Васильевичу, командиру 4‐го кавалерийского корпуса, командующему кавалерий Силезской армии и князю Щербатову Алексею Григорьевичу, командиру 6‐го пехотного корпуса. В высочайших рескриптах писалось: «За отличие в сражении при Бриенне». Оба указа были подписаны 17 января, то есть в день битвы.

За победу при Бриенн-ле-Шато генерал от инфантерии Михаил Богданович Барклай де Толли награждается золотым Георгиевским оружием – шпагой с алмазными лаврами и надписью: «За 20 января 1814 года».

Много оказалось награжденных офицеров. Так, в сражении при Бриенн-ле-Шато тяжелое ранение получил поручик Владимирского пехотного полка Я.А. Полубояринов: «…В левую ногу с раздроблением костей». В награду за храбрость он удостоился ордена Святой Анны 3‐й степени.

Традиционно жаловались отличившиеся офицеры и чинами. Так, за личную примерную храбрость производство в штабс-ротмистры получил поручик Ахтырского гусарского полка Г.А. Огневский, а штабс-капитаном стал поручик лейб-гвардии Литовского полка А.А. Габбе 1‐й, бывший «охотником» в «летучем отряде» и получивший ранение в ногу.

В офицерский (генеральский) послужной список заносились не только пожалованные ордена, медали, наградное оружие, но и «высочайшие благоволения». Такой императорской благодарности за Бриенн-ле-Шато, к примеру, удостоился майор Сумского гусарского полка барон А.М. Таубе.

1814. Январь. 20. Ла-Ротьер

После дела 17 января у Бриенн-ле-Шато противники, маневрируя и собираясь с силами, через три дня разыграли поблизости новое сражение. Союзные Богемская армия князя Шварценберга и Силезская армия генерал-фельдмаршала Блюхера атаковали позицию наполеоновской армии у селения Ла-Ротьер, в 200 километрах к юго-востоку от Парижа.

К этому времени император французов смог собрать вокруг себя уже 40 тысяч человек (среди них было много вчерашних рекрутов), однако он уступал противнику почти вдвое. Две союзные армии Блюхера и Шварценберга (войска Австрии, Пруссии, германских государств и России) насчитывали вместе 72 тысячи человек. Русских из них было 27 тысяч. При таком соотношении сил французам пришлось только давать оборонительное сражение, что, скажем так, было для Наполеона и его маршалов делом и нечастым, и непривычным.

После начала первых атак войск Г.Л. фон Блюхера сражение при Ла-Ротьере стало общим и шло до ночи, затихнув только с наступлением полной темноты. Боевое столкновение с ожесточением продолжалось 12 часов, отличалось высоким накалом атак и контратак и шло с переменным успехом.

Ла-Ротьер стал центром позиции французской армии. Деревню защищала 3‐я пехотная дивизия из 2‐го корпуса маршала Виктора, которой командовал дивизионный генерал граф Филибер Гийом Дюэм, человек, остававшийся верным Наполеону до конца. В округе гремела артиллерийская канонада. Временами шел мокрый снег. К Ла-Ротьеру русские полки корпусных колонн генералов от инфантерии Ф.В. Остен-Сакена и князя А.Г. Щербатова подошли лишь после 13.00 дня. За ними следовал корпус генерал-лейтенанта З.Д. Олсуфьева. Последние два русских корпуса по численности личного состава равнялись одной французской дивизии каждый.

Перед деревней колонны стали разворачиваться для атаки. Французские батареи старались этому помешать. Пошедший снег скрыл приготовления атакующих. К этому времени русские артиллеристы на двойных упряжках, напрягая выбивающихся из сил лошадей, смогли по грязи подтянуть на дальность картечного выстрела половину своих пушек и повели обстрел Ла-Ротьера.