Вы сейчас находитесь здесь, говорите со мной, слушаете меня – и иногда слышите через слово. Есть некоторое количество предметов вокруг, которое ваше сознание сразу схватывает. Иногда замечаете восемь предметов, иногда пять. Но как только я задам вопрос про жизненно важные обстоятельства, эмоции, переживания, ситуации, конфликты, и вы начнете об этом размышлять, уже видите не восемь предметов, а два‑три. Это временное состояние.
Предлагаю посмотреть на пишущую ручку в моей руке. Прекрасно! А теперь ответьте, пожалуйста, на вопросы.
На что именно вы смотрели? На стержень? На колпачок? А быть может, вы смотрели как бы немного отдаленно на всю ручку целиком? Что скажете? Ведь почему так происходит? На ваше восприятие мира сейчас влияет эмоция, воспоминания из недалекого прошлого, а быть может, вас что-то гнетет, волнует, беспокоит? Отсюда рождается следующий тезис.
Больно – это когда есть внешнее воздействие. Боль – физическое воздействие на нервы, когда промахиваешься и попадаешь случайно молотком по пальцу. Сдавили нервы и испытали боль. Под страданием понимается эмоционально-чувственный дискомфорт, ощущаемый телом. Как будто колет, тянет или режет, хотя извне ничего не воздействует. Просто корешки нервов от позвоночного столба внутри напрягаются под шепот нейронов, сообщающих об опасности. И мы испытываем от горла до низа живота обиду, вину, злость, страх, отвращение, стыд или что-то другое, нечто опредмеченное (ком, кирпич, напильник, облако и т. д.). То, что так важно выразить, но самостоятельно не получается. И приходим к специалисту. В этот момент наше внимание работает по-другому.
Порядка 70 % внимания уходит внутрь, поедая энергичность, активность. Мы по кругу прогоняем наш невроз. Как это заметить? По взгляду. Такой взгляд называют «глазным аутизмом». Люди в таком состоянии вам знакомы. Они в общественном транспорте или в толпе. Это значит, что человек физически рядом, а психически где-то далеко – в мыслях, грезах, переживаниях… Он здесь и не здесь одновременно. С вами и не с вами. Страдание, которое нужно выразить вовне, мешает ему вернуть внимание в ясное и четкое созерцание.
Психотерапия сокращает путь за счет того, что позволяет создать настроение повышенной внушаемости, минуя критическое мышление.
Зачем нужен метод Довженко и все изобилие других инструментов психотерапии? Прежде всего, избавить человека от стойких переживаний. Для этого предстоит пройти некое количество этапов.
Сначала нужно найти эти переживания, расшевелить и выразить. Набраться сил, чтобы двигаться дальше, и, самое важное, обучиться новому поведению.
Пьет человек не оттого, что плохой или больной, а оттого, что он опустошен; оттого, что чего-то попросту не умеет. Поэтому на каждой нашей встрече подготавливаем почву для новых действий. Человек постоянно думает: «Потом как-нибудь!» Нет, не потом, а сейчас: во время первой встречи пациент уже идет по пути освоения нового.
То есть можно совершить конкретное направленное действие, чтобы больше не страдать. Есть пример со стулом. Представьте комнату. Перед выходом из комнаты стоит стул с поломанной ножкой, преграждающий путь. Вы постоянно бьетесь мизинцем ноги об этот стул. Всякий раз страдаете. А ведь выхода из ситуации всего два: либо выбросить стул, либо отремонтировать и найти для него более подходящее место. Тогда страдать никто не будет. Однако, чтобы что-то изменилось, важно совершить действие. Теперь финальный тезис.
Зачем учиться новому поведению? Чтобы спокойно посмотреть на возможности внешнего мира, обнаружить вокруг предметы, явления, людей; сформулировать свои намерения по отношению к ним.
Можно жить в иллюзии, что ты что-то совершил, а оказывается, ты просто подумал, но ничего не сделал. Человек с зависимостью пьет и получает состояние. Наклонить бутылку, открыть рот, залить в себя – вроде бы действия, но сидя на месте. В большом смысле никаких действий и нет вовсе. И когда временное приятное состояние проходит, становится только хуже, потому что алкоголь – депрессант.