Вспоминая душу. Руководство по исцелению от алкогольной зависимости и обретению нового «Я»

Хотя есть разные случаи. Например, пациента выписали из стационара и перевели на амбулаторную помощь. Люди бросают пить, чаще временно. Сложно заметить изменения из-за низкой мотивации. Люди без мотивации живут в иллюзии стабильности. Есть работа. В каком бы состоянии они туда ни пришли, работа оплачивается. Есть отношения со спасателями. Деньги на отдых, но без отдыха. С потухшим взглядом они заявляют, что все в порядке, как у всех. Даже к третьей встрече им трудно сформулировать что-то внятное. Если сесть напротив и молча наблюдать, они будут молчать. Их ставят перед фактом, что они «будут терпеть все эти процедуры». Жена скажет: «Не будешь кодироваться, расстаемся. Не пойдешь, ребенок будет жить со мной. Не решишь проблему, не сможем общаться», – своего рода шантаж.

Для других зависимых – это желание исправить. После второй встречи, на пике внушаемости, у них что-то откладывается. Оказывается, несложно разобраться, почему он пил. Люди делятся тем, как теперь реагируют на привычное ранее: «Прошел мимо магазина, но покупать не хочется»; «Сходил на день рождения – было все равно». Формируется устойчивая позиция стороннего наблюдателя. В этом помогает каждый проведенный сеанс и промежуточные итоги.

Порой пациент спрашивает: «А что, нам ходить по галереям надо?» Отвечаем: «С чего вы взяли, что говорим, куда вам конкретно идти? Мир гораздо шире галереи. Вам вообще что интересно? Что увлекает?» Таким образом, мы возвращаем ответственность за увлечения и складываем это с результатами личностного тестирования каждого из партнеров пары.

Если зашкаливает погруженность в себя у тревожного исполнителя, а его жена – экстраверт с агрессивными настроениями, важно, чтобы они как-то находили точки соприкосновения во внешних действиях или прекратили мучить друг друга. Важно, чтобы кто-то в паре был более инициативный, и они могли договориться о будущем. Стоит уточнять, что он(а) чувствует, когда кто-то рядом берет на себя инициативу; что говорит и что делает партнер при этом. Это помогает прийти к знаменателю в отношениях и определить измеримые критерии достижения.

На завершающей встрече проводим два сеанса подряд. Начинаем с базового. В процессе проговаривания инструкций создаем специальные паузы, чтобы человек глубже провалился в уже знакомое ему состояние. Продолжаем медленнее, произнося слова так, чтобы пациент ярче ощутил внутренние изменения. Каждый эффект сеанса пропускаем на уровне максимально обостряющих лечебных эффектов от внушений.

Перед завершающей встречей проговариваем цель – «разорвать эмоциональные нити, связывающие вас с событиями, где вы непосредственный участник, соучастник или наблюдатель». Он хочет, чтоб его больше не гложили переживания, рифмующиеся с алкоголем.

Например, пациент описывает ситуацию: «Проснулся в новогоднюю ночь, а жена не разбудила на обращение президента (обычно президента в Новый год слушает стоя). Встал в 1:00 ночи, взял шампанское и разбил бутылку об кафель». Жена ушла. Месяц не общаются. Признался, что обратился за помощью и хочет все исправить. Есть стыд, вина, злость и другие чувства даже после второй встречи со специалистом.

В попытке разобраться в его текущих и желаемых ощущениях заходим через то, что сейчас стало модно называть «эмоциональным интеллектом»: «У вас есть возможность избавиться от гнетущего чувства. Если бы вы его не испытывали, как хотели бы себя чувствовать и что делать?»

На втором сеансе третьей встречи идем по автобиографии человека через поиск событий его жизни, которые реально связаны с алкоголем, чтобы сделать их абсолютно нейтральными. Исследуем воспоминания для понимания, из чего состоит его жизнь, что наполняет, драйвит, будоражит, радует, показывает ее ценность.

Феномен автобиографической памяти многими учеными-практиками отождествляется с понятием личности. Воспринимаемое во внешнем мире через органы чувств откладывается в памяти человека и проявляется при воспроизведении как набор индивидуально значимых нарративов.

Тезис о том, что память + воображение = личность, высказанный В. В. Чугуновым [49], находит подтверждение. Об этом много говорил биограф В. В. Набокова, профессор филологии Б. В. Аверин в своей открытой лекции «Память как собирание личности» (2015) и профессор психологии В. В. Нуркова [33], чью модификацию методики «Линия жизни» мы применяем на третьей встрече для сбора дополнительной диагностической информации – срез значимых воспоминаний в хронологии с последующей их эмоциональной оценкой и детализацией места, времени, обстоятельств, участников событий, содержания и последствий их действий.