Взрослый снаружи, взрослый внутри. Как исцелить внутреннего ребенка, психологически повзрослеть и стать счастливым

Господин стремится к суверенитету, источник его суверенитета – это его ценности. Господин производит ценности и утверждает их. Ценности и господство идут рука об руку. Для раба суверенитет происходит от толпы сторонников. Чем больше массовое движение, тем больше каждый отдельный ее участник может себе позволить. Человек, который никогда не стал бы в одиночку устраивать погром, запросто бьет витрины, находясь в толпе сторонников, хотя, случись что, толпа его же и растопчет. Господину же все разрешает сложный комплекс его новых, лучших состояний и ценностей.

У господина есть компетенция оценивать. Он оценивает, пребывая по ту сторону добра и зла. Он также знает цену себе, ведь знает пределы своих возможностей. Для господина призыв избавиться от оценочных суждений равносилен призыву отказаться от господства. Раб же стремится избегать всякой оценки, чтобы не подвергнуться оценке самому и не столкнуться с пониманием, что его реальная цена ниже, чем мнимая.

У раба компетенции оценивать нет. Если раб выводит свой товар на рынок, он следит, чтобы цена соответствовала рынку. Господин сам назначает цену и делает все, чтобы товар соответствовал этой цене. Господину не так важны деньги, как репутация, поскольку репутация – это игра в долгую. Для раба деньги важнее, и о нем Маркс писал: «Нет такого преступления, на которое не пойдет капиталист ради 500 % прибыли».

Для раба важна собственность, для господина – владение, то, чем он способен управлять.

Отличительной чертой раба является лживость. Раб лжет как дышит – с любой, даже самой пустяковой целью: чтобы сэкономить силы, прекратить работать, повысить свою цену на рынке и т. д. Господин не понимает, зачем лгать, у него не было такого тренажера.

Раб ищет любых возможностей сбросить ответственность. Даже гиперответственность за других он считает благовидным поводом не брать ответственность за себя. Господин не делится ответственностью, для него важны привилегии – даже больше, чем права, потому что права ему никто не гарантирует, он сам – гарант прав. Борьба за права – это удел рабов.

Раб злоупотребляет самой минимальной властью, компенсируя все, чего ему не хватало, собирая «поборы» за все прошлые обиды и со всеми сводя счеты. Рабы охотно борются за свободу, счастье, как и за все то, чего им не хватало. Господин хорошо подчиняется. Он умеет командовать, а значит – умеет и подчиняться. Раб подчиняется плохо.

Популярное сегодня стремление искать себя – удел рабов. Господин ищет не себя, а то, кем еще он может стать. В то время как раб очень любит находить в других людях себя – и насколько он находит в других себя, настолько он и любит других. Господину гораздо интереснее уважать в человеке то, чего еще нет в нем самом. Ведь, как писал Гёте: «Зачем мне друг, который повторяет мои привычки, если с этим справляется моя тень». Господин рассуждает: «Кем я еще могу стать?» Рабы рассуждают: «Как бы нам не сделать чего лишнего, на что потом у нас не хватит сил, чтобы не брать за это ответственность».

Господин говорит «да» себе, рабы говорят «нет» всему внешнему. Раб говорит себе «да» только из мести, чтобы свести счеты. Призыв популярных психологов «выбирать себя» прекрасно ложится на мораль рабов: «Раньше я старался всем угодить, чтобы стать для всех хорошим, теперь я выбираю себя и шлю других подальше».

Господин и раб ценят в людях разные качества. Господин ценит риск, хладнокровие, красоту, поиск удаленных состояний духа и все то новое, чем он сам мог бы стать. Для рабов важны сострадание, услужливость, возможность давать и получать всякую помощь, лезть со своей помощью к другим, сердечная теплота, терпение, прилежание, приветливость. Люди рабского положения крайне нуждаются в поруке и ревностно следят, чтобы из их круга никто не выбивался: мы вместе одинаково бедны, одинаково лишены достоинства, вместе одинаково друг друга поддерживаем в трудные времена и так выживаем. Очень важны друзья, которые поддержат. Раб не может организовать себя сам, ему нужен надзиратель. Разделяя популярный призыв создать себе поддерживающее окружение, раб говорит: «Господина, который укажет мне, куда двигаться, нет, но мы вместе будем надзирать друг за другом. Мы выносим надзор над собой на аутсорсинг: я слежу за другом, он следит за мной».

Господина невозможно пристыдить. Раба устыдить силами круговой поруки легко.

Господин принимает лучшее в человеке. Он рассуждает: принимая людей такими, какие они есть, мы всегда преуменьшаем человека; видя лучшее в человеке, мы ставим ему планку для роста. Раб пытается принимать людей такими, какие они есть, поощряя не только их достоинства, но и недостатки, – это соискание взаимной жалости, приветливости, удобства. Сделать другого удобным себе, стать для других удобным самому.