Зачем мы плаваем

Мы были семьей – а потом перестали ею быть. Никто из нас четверых, кроме меня, не продолжил плавать. Я плавала, пока они разводились. Плавала, пока училась в колледже. На спор плыла от Алькатраса. Я плавала, восстанавливаясь после операции на колене. Я переплыла озеро на собственной свадьбе. Я сплавала в итальянский монастырь и обратно, чтобы помочь выиграть чужое пари. Я плавала, чтобы пережить выкидыш, плавала, пока носила в себе обоих моих сыновей. Три десятилетия плавания, погони за равновесием помогали мне уверенно держать голову над водой. Порой плавание позволяет выжить не только в физическом смысле.

Истории выживания, например Гудлаугура и древних пловцов вроде народа мокен, касаются и меня как пловчихи. Чтение работ австралийского философа Дэймона Янга помогает мне понять важность возвышенного в нашем опыте плавания[47]

. Философы XVIII века раскрыли понятие возвышенного и его власть в столкновении противоборствующих природных сил и идей: боли и удовольствия, ужаса и благоговения, страха и душевного подъема, жизни и смерти. Когда мы плаваем сегодня, пишет Янг, эйфория «рождается из страстей выживания в отсутствии отчаянной нужды выжить». Мы приближаемся к обостренному переживанию жизни как таковой.

Мы эволюционируем. Причины, по которым мы плаваем, эволюционируют тоже.

Полнота жизни

Как прекрасно было бы умереть, плывя к солнцу.

Ле Корбюзье

Одна из лучших современных пловчих на длинные дистанции занялась плаванием уже взрослой в 2009 году, чтобы восстановить повреждение ноги, грозившее ампутацией. Виной всему были туфли на высоком каблуке, рассказывает мне Ким Чемберс. Они стали причиной опасного падения с лестницы ее апартаментов в Сан-Франциско. Она вспоминает слова врачей: «Мы спасли вашу ногу, но не знаем, насколько хорошо она будет функционировать – если вообще будет». Ей пришлось два года учиться снова ходить. Значительно меньше времени потребовалось, чтобы открыть в себе удивительный дар марафонского пловца.

Можно сказать, что Ким – лучшая в мире пловчиха, о которой вы не знаете. Через семь месяцев после того, как несчастный случай заставил ее прийти в бассейн, она доплыла от Алькатраса до Сан-Франциско через неспокойные воды и бурные течения залива Сан-Франциско. Сейчас она является обладательницей многих мировых рекордов в плавании на длинные дистанции, в том числе установленный в 2015 году, когда она стала первой женщиной, в одиночку проплывшей от островов Фараллон до моста Золотые Ворота. Это путешествие в 48 километров началось с того, что Ким скользнула в черные как смоль воды перед самой полуночью в Красном треугольнике[48], печально знаменитом большими белыми акулами. Ей понадобилось чуть больше 17 часов; под внимательным присмотром своей команды, находившейся в лодке, она перенесла тошноту, сильные ветры и постоянную угрозу со стороны акул. Неизменно предусмотрительная, накануне Ким перестирала и тщательно сложила все свои вещи, не желая оставлять беспорядок, если она не вернется. Она стала всего лишь шестым человеком в истории, кому покорилась «Океанская Семерка» – аналог «Семи Вершин» в плавании на открытой воде. Это марафонские заплывы через Английский канал, Гибралтарский пролив, канал Молокаи, канал Каталина, пролив Кука в Новой Зеландии, пролив Цугару в Японии и Северный пролив, отделяющий Ирландию от Шотландии, покорив который она впала в токсический шок из-за сотен жалящих прикосновений медуз.

Серым промозглым декабрьским утром я присоединяюсь к Ким для заплыва в заливе Сан-Франциско. Я хочу прочувствовать ее образ жизни – ежедневное плавание – и понять, почему это произошло. Температура воды – леденящие 11,6 ℃, воздуха – меньше плюс девяти. «В те дни, когда я не плаваю, мне не по себе», – говорит она, пока мы созерцаем залив с песчаного пляжа в районе Аквапарка позади Dolphin Club, одного из лучших в мире плавательных и гребных клубов. Он был основан в 1877 году. Его сосед South End Rowing Club еще старше, существует с 1873 года. Оба являются официальными организациями, и в их полуторавековых членских списках перечислено множество олимпийских чемпионов. Два клуба яростно, хотя и дружески, конкурируют друг с другом, и Ким состоит в обоих. «Я средний ребенок в семье», – застенчиво говорит она в порядке объяснения.

Для многих пловцов процесс плавания является тоником в традиционном смысле этого слова – восстановитель сил, стимулятор, принимаемый для того, чтобы почувствовать бодрость и полноту жизни. Слово «тоник» происходит от греческого τονικός, «напряженный». Около десятка людей уже в воде и плавают на непривычном фоне кораблей, промышленных доков и яхт с высокими мачтами. Капли дождя бьют по поверхности воды, похожей на жидкую ртуть, того же стального оттенка, что и небо над ней. Все здесь мощно и широко. Нетрудно представить себе плавание такого рода как «напряжение» ума и тела.