Загадка Ледяного пламени

– Благослови небеса вашу светлость, но я не вижу причин задерживать кого-либо из вас, дамы. Я просто немного покопаюсь тут, а потом оставлю все до утра. Ночью все кошки серы, – и он издал глуповатый смешок, за который мистер Нэком с удовольствием задал бы ему трепку, даже понимая, что такое поведение было частью роли, которую его соратник играл весьма умело.

Когда дверь за двумя женщинами закрылась, Клик, тут же позабыв про свое амплуа неотесанного деревенщины, сосредоточил внимание на сейфе с часовым замком. Его пальцы бегали по механизму, почти любовно гладили неподвижный циферблат. На лице детектива проступила характерная кривоватая улыбочка.

Вскоре он повернулся к мистеру Десмонду, который с тревогой наблюдал за ним.

– Мистер Десмонд, – произнес Клик взволнованно, – я настроил ваш сейф на открытие завтра в час дня. Я молюсь, чтобы за три часа до этого загадка была разгадана. А теперь покажите мне комнату, где лежит покойник.

Десмонд сразу же повел их дальше по коридору, где у дверей одной из комнат на страже стояли два констебля. В молчании все трое гуськом вошли внутрь.

На полу лежали носилки, на которых покоился убитый, и они с почтением посмотрели на него сверху вниз.

То, что смерть несчастного Элтона Карлайла сопровождалась мучениями, было более чем очевидно, а от тела все еще исходил безошибочно узнаваемый сладкий запах хлороформа.

– Как я и думал, – удовлетворенно кивнул Клик, обнажая плечо покойного и указывая на крошечную красную отметину на коже. – Мистер Десмонд, врачи ошибаются. Похоже, я знаю, какие средства использовались для убийства и почему. Но чтобы убедиться наверняка, я хотел бы на время одолжить вашу машину. Как раз успею на последний поезд обратно в город, если потороплюсь. Большое спасибо! Да, и еще кое-что. Заприте эту комнату и не позволяйте никому входить в нее – ни врачу, ни коронеру, ни скорбящим, – пока я не вернусь. Надеюсь, буду здесь завтра к девяти утра.

Затем с неожиданной быстротой он развернулся и вышел из комнаты. За ним последовал Брайан Десмонд, который запер дверь и положил ключ в карман, а затем спустился вниз, чтобы распорядиться насчет автомобиля.

Глава III В логове апашей

Оказавшись в поезде, Клик вытащил смятый листок бумаги, который он нашел возле телефона в доме Десмонда, и перечитал его, нахмурив брови. Судя по всему, это был счет за бридж, причем на крупную сумму, но на обороте была карандашная надпись женским почерком:

«Привези жемчужину на старое место – Рэтклифф-Хайвей, 14», а подпись под этой строчкой состояла из одного слова: «Марго».

В Лондоне Клик первым делом окольными путями, хитроумно петляя, добрался до своей квартиры на Портман-сквер. К его огромному удивлению, там горел свет, и детектив быстро и бесшумно взбежал по лестнице. Войдя в комнату, как Клик, так и тот, кого он там увидел, испытали величайшее удивление в своей жизни. Перед остатками ужина, способного вызвать несварение даже у страуса, с безутешным видом сидел Доллопс.

– Это ты? – выдохнул его начальник, закрывая за собой дверь и глядя на паренька изумленными глазами. – Доллопс, я думал, ты на Хэмптон-Корт!

– Божечки, сэр, я просто не мог торчать там целый день без вас, поэтому просто погрузил вещички в чертову лодку и взял малость чего-нибудь перекусить, а то я голодный как три удава, и вот вернулся, – стал он бессвязно объяснять, стараясь не встречаться с проницательным взглядом Клика. – Я собирался утром зайти в Ярд, попытаться выудить ваш адрес у Леннарда и приехать.

– Непростая задача, даже если бы он знал мой адрес, – сказал Клик с легкой улыбкой. – Ну, раз уж ты здесь, Доллопс, тем лучше. Мне предстоит щекотливая работа, и поэтому, если я не вернусь сюда до девяти часов завтрашнего утра, можешь телеграфировать мистеру Нэкому, чтобы он связался со мной. Вот два адреса. – Он быстро нацарапал что-то в своей записной книжке. – Но учти, ни единого слова до того. Понял меня?

– Не сумлевайтесь, шеф. Буду сидеть здесь тихо, как мышка, – последовал пылкий ответ.

– Хорошо!

Клик подошел к своей запертой аптечке, достал из нее маленький флакончик с какой-то темной, густой на вид жидкостью и положил его в нагрудный карман. Затем он достал ящик с гримом, приклеил вокруг подбородка короткую густую черную бороду, каким-то таинственным образом отрастил маленькие волнистые усики над верхней губой, сбросил с себя одежду, надел другую и – о чудо! – в мгновение ока предстал перед изумленным и восхищенным Доллопсом совершеннейшим воплощением типичного парижского апаша.

Доллопс ахнул от изумления и отступил на пару шагов.

– Господи помилуй, сэр! – прошептал он с благоговейным трепетом. – Если бы я не видел, как вы это делаете, своими собственными, разрази меня гром, глазами, я бы и не подумал, что такое возможно. Прям как в ту ночь, когда я ворвался на бал к графине.