– Это не твое дело! – возразил Боркинс. – Я тоже имею свою долю в этом предприятии… Я имею в виду местную фабрику. И должен сказать, что, если вы с приятелем будете вести себя подобающе, я, так и быть, замолвлю словечко, чтобы вы получили работу. Хотя обычно не в моих правилах помогать лондонцам. Вообще же, если хочешь знать, с кем имеешь дело, – я служу дворецким у сэра Найджела в Мерритон-Тауэрс, – тут он с гордостью выпятил грудь. – Так что в этих краях я – влиятельный человек. Но на этот счет надо держать рот на замке, понятно?
– Хорошо, посмотрю, что можно для вас сделать. Но помните – я ничего не обещаю. Лучше всего вам завтра вечером прийти в Мерритон-Тауэрс. Мой хозяин арестован по подозрению в убийстве своего друга, так что я веду свои дела там. И оденьтесь поприличнее…
Инспектор Клик тяжело вздохнул, а потом протянул руку, и дворецкий, хоть и скривившись от брезгливости, пожал ее.
Дворецкий усмехнулся, но не ответил.
– Подходящие ребята, – шепнул Боркинсу тощий человек, который до этого молча стоял рядом.
– Не спешите делать выводы. Предоставьте это мне, – проворчал Боркинс, а потом, заметив, что Клик слышал их диалог, добавил: – Да, Маннер прав. Вы на первый взгляд отличные парни. Но не стоит торопиться.
– Счастливо! Доброй ночи, – раздалось одновременно несколько голосов, и трактирщица послала вслед уходящим воздушные поцелуи:
– Возвращайтесь завтра, красавчики!
Инспектор Клик посмотрел на Доллопса, и оба поняли, что им всенепременно нужно вернуться в Мерритон-Тауэрс раньше Боркинса, иначе дворецкий может заподозрить неладное. Поэтому действовать необходимо быстро.
– А где вы остановились?
Трактирщица нахмурилась.
– В хижине? Никаких хижин на этой дороге нет аж до самого Фетчворта.
Клик разом подобрался.
– Вы, что ли, имеете в виду сарай в четверти мили от деревни? – снова улыбнулась трактирщица.
Те, кто еще оставался в таверне, хриплым нестройным хором попрощались с ними.
Ночь оказалась темной, как французский гуталин.
– Может, срежем путь по болоту, а, Доллопс? – предложил Клик, когда они вышли на разбитую дорогу. Стоило ему выйти за дверь кабака, как его акцент кокни разом исчез. – Так мы намного опередим Боркинса. А этот туман скроет нас. Вон там стога сена, пойдем, прячась за ними… Как тебе эта страхолюдина за стойкой?
– Не женщина, а Медуза Горгона, по крайней мере на вид! – с отвращением фыркнул Доллопс. – Давайте-ка свернем сюда… В конце концов, то, что сегодня так темно, нам только на руку.
Инспектор Клик тяжело вздохнул. Со стороны могло показаться, что он сожалеет о том, что так темно.
– Знаешь, Доллопс, – заметил он. – Мы все-таки не напрасно провели этот вечер. Кое-что удалось узнать. Хотя пока что вопросов у меня больше, чем ответов. Например, какое отношение имеет Боркинс к фабрике? Похоже, дело тут нечисто. Нужно продолжать копать, но делать это осторожно. Ведь ты, как всегда, поможешь мне в этом, Доллопс? Без тебя у меня ничего не выйдет.
– Как всегда, сэр, как всегда, – ответил Доллопс. – Я всегда рядом с вами. Думаю, это будет весело.
– Ты славный парень! – воскликнул Клик, и они прибавили шагу.