Загадка Ледяного пламени

Герцог резко выпрямился. Намек, содержащийся в доводах Клика, был предельно ясен.

– Вы хотите сказать, что он… что этот мелкий мерзавец… Это чудовищно, мистер Клик, чудовищно! Если он играет в такие игры, если все это его рук дело…

– Простите, герцог, но этого я не говорил. Это, конечно, не исключено, и есть в этой истории нечто, наводящее на… Ну что ж, я узнаю об этом больше, когда съезжу в Вейлхэмптон и увижу все своими глазами. А теперь могу ли я задать более личный вопрос? Я отчетливо помню, как прочел где-то, что одиннадцать месяцев назад, когда стало известно о помолвке леди Аделы, вы воспользовались случаем и заявили о своем намерении вступить во второй брак. Это так?

– Истинная правда. Теперь этот факт является достоянием общественности. Если все пойдет по плану, предстоящей осенью я женюсь на леди Мэри Херст-Бэкингем.

– Понятно. Позвольте еще один вопрос. Так как ваш первый брак не одарил вас сыном, то ваш титул и поместья – если, конечно, в будущем не появится наследника по прямой – отойдут сыну дальнего родственника, некоему капитану Полу Сандрингему?

– Да, все правильно.

– Полагаю, вы не испытываете особого уважения к этому джентльмену. Это так?

– Прошу прощения, мистер Клик, – сухо ответил герцог. – Боюсь, я не готов вступать в обсуждение своих личных дел. Они не имеют касательства ни к Скотленд-Ярду, ни к рассматриваемому делу.

– Боюсь, ваша светлость, – тихо сказал Клик, – что об этом лучше судить мне. Со своим детективом следует быть столь же откровенным, как со своим врачом. И тот и другой более всего заинтересован в том, чтобы точно установить суть недуга, и оба могут оказаться бесполезными при отсутствии полного и всестороннего доверия.

– Извините, мистер Клик. В таком свете я об этом не подумал. Что ж, признаюсь: я не испытываю никакого уважения к капитану Сандрингему – абсолютно никакого. Он человек с распутными привычками и весьма скверными манерами. Из армии уволился по принуждению, хотя по-прежнему сохраняет звание капитана. Но в сколько-нибудь приличных домах его не принимают.

– Поэтому, естественно, его не пригласили принять участие в торжествах в связи с замужеством леди Аделы?

– Разумеется нет! За последние десять лет я ни разу не писал ему, не говорил с ним и даже не видел его. Что, однако, не помешает ему унаследовать как титул, так и поместья, если я умру, не оставив потомства мужского пола. У меня нет ни малейших сомнений в том, что он набрал долгов в расчете на ожидаемое наследство. Не знаю, как он выкрутится, да меня это и не волнует.

– Хм… Ваш брак, несомненно, окажется для этого джентльмена большим ударом. Он сейчас в Англии?

– Не имею ни малейшего представления. В последний раз, когда я о нем слышал, он обретался где-то на континенте. Но это было десять лет назад, и я позабыл, где именно. Скорее всего, там, где есть азартные игры и всякий прочий разврат.

– Совершенно верно – если человек склонен к такого рода вещам. Мистер Нэком!

– Да, старина?

– Вы, часом, не знаете оптовую рыночную цену на сукновальную глину?

– Боже мой, откуда! Да и зачем, черт возьми?..

– Я бы хотел приобрести фунтов пятнадцать-шестнадцать обычного сорта, не отбеленной, – вставая, сказал Клик. – Вы не могли бы позвонить в Ярд и заказать? И, кстати, боюсь, вы сегодня все-таки не сможете присоединиться к миссис Нэком за ужином. Мы переночуем в Вейлхэмптоне. А теперь, прежде чем я приступлю к рассмотрению этого любопытного дельца, герцог, позвольте, пожалуйста, последний вопрос. Вы кому-нибудь говорили о своем сегодняшнем визите в Лондон?

– Да, естественно. Разумеется, я говорил об этом с маркизом, и с капитаном Уэзерли, и с Овертоном. Наверняка я упоминал об этом в присутствии Карстерса, – ну да, он часто заходил в малую столовую во время завтрака. Это дворецкий.

– Вы ведь не против, возвратившись в замок, дать понять, что к этому делу привлечена пара рядовых сотрудников Скотленд-Ярда? Обычные сыщики по имени… э-э… скажем, Джордж Хэдленд и Джим Маркхэм. Вы запомните имена?

– Не сомневайтесь, мистер Клик, – ответил герцог и принялся записывать их на полях газеты, лежащей на столе рядом с ним.

Клик стоял и наблюдал за этим действом, попутно объясняя, что он хотел бы, чтобы эти имена стали известны в деревне; затем, получив разрешение навестить замок и побеседовать с герцогом на месте событий, он удалился в сопровождении мистера Нэкома, оставив высокородного клиента в гордом одиночестве.

– Странное дело, не так ли? – заметил суперинтендант, когда они вместе спускались по лестнице.

– Весьма. И все будет во многом зависеть от того, что они собой представляют. Герани, лилии, анютины глазки! Даже розы. Да, клянусь Юпитером, розы подойдут… розы и фуксии – что-то в этом роде.

– Розы и… силы небесные, о чем вы вообще?

– Минутку, пожалуйста! – отчеканил Клик. – Значит, так. Прикажите Хэммонду и Петри, чтобы они не отправляли нам мешок с глиной, а лично привезли его. Пусть доставят его – оба – в «Кингз хед» на Ливерпуль-стрит как можно быстрее. В это время года темнеет поздно, и Леннард должен успеть в Вейлхэмптон до вечернего чая.