Загадка Ледяного пламени

Пока лимузин катил вдоль берега, Клик, опершись локтем о подоконник и подперев щеку ладонью, внимательно изучал блестящую гладь воды.

– Стой! – вдруг резко выкрикнул он.

Автомобиль проехал ярд-другой и остановился. Клик, однако, выходить не спешил. Вместо этого он опустил все кожаные шторки, включил свет и, достав записную книжку, начал писать. Перо Клика двигалось быстро, но все же прошло добрых шесть минут, прежде чем он вырвал исписанные им листы, выключил свет, открыл дверь и, скомандовав: «Идем!», вышел вместе с мистером Нэкомом.

Аккуратно сложив исписанные листки, он обошел лимузин спереди и вложил их в руку Леннарда.

– Доставь это в дом викария и передай лично преподобному Сейнтли, – сказал он. – Если он начнет задавать вопросы, отвечай честно. Потом можешь вернуться в Уиллоуби-Олд-Чёрч и устраиваться на ночлег. До завтра ты нам не понадобишься. Поторапливайся, парень, и чем быстрее ты передашь эту записку в руки викария и свалишь из Вейлхэмптона, тем больше порадуешь меня.

– В пять минут со всем управлюсь, сэр! Церковь тут совсем неподалеку – вон, слева, над деревьями ее шпиль виднеется. Спокойной ночи!

Леннард укатил так быстро, как будто его здесь никогда и не было, и на фоне залитого лунным светом пейзажа не осталось ни единой живой души, кроме двоих детективов, стоящих посреди дороги. Нэком в цилиндре и по-городскому расфранченный Клик не очень-то вписывались в окружающую картинку.

Суперинтендант посмотрел на часы, увидел, что стрелки показывают без двадцати одиннадцать, и повернулся к Клику.

– И что теперь, старина? – спросил он. Слепое подчинение знаменитому соратнику вошло у суперинтенданта в привычку; при этом когда он вел расследование сам, то проявлял недюжинную смекалку и самостоятельность. – Полагаю, вы знаете, что делаете, но я ничего не понимаю. Мне кажется, что, отослав Леннарда, вы лишили нас всякой надежды обрести хоть какое-то ложе на эту ночь. И будь я проклят, если мне доставит удовольствие бродить по окрестностям в таком наряде до утра.

– О, не волнуйтесь. Уж что-что, а ложе я вам гарантирую. Более того, именно этот предмет в данную минуту привлекает все мое внимание и объясняет наше здесь присутствие. Правда, так уж вышло, что это не совсем то ложе, о котором вы мечтаете. Короче говоря, это, как выражаются специалисты, ложе реки, иными словами – русло.

– Но какое, черт возьми, отношение к нашему делу может иметь речное русло?

– Именно этому я и стремлюсь найти приемлемое объяснение. Это практически последняя невыясненная деталь в нашем расследовании, и она чрезвычайно любопытна. Освежите немного память, мистер Нэком. Часть того диковинного цыганского пророчества касалась реки, которая должна была пересохнуть, а по словам герцога, это и вправду произошло.

– А, так вот вы о чем! Да, я помню. Образовались отмели, не так ли?

– Вот именно. И мне не терпится выяснить почему. Возможно, сейчас мы это и выясним. Заметьте, что мы находимся в точке, где проток начинает заметно сужаться. Однако пока я не вижу никаких признаков отмелей. И все же, если мы какое-то время будем двигаться вдоль реки в сторону сужения русла… Ну что, пошли?

Они двинулись дальше и на протяжении следующих десяти-пятнадцати минут не обмолвились ни единым словом, а только неотрывно глядели на сужающийся поток, но не находили ничего, что могло бы вознаградить их за усердие.

– Боюсь, Клик, мы зашли в тупик.

– Возможно, но я сомневаюсь в этом. Здесь должна быть важнейшая из улик – вещь абсолютно обязательная, и если ее не существует, значит, я взял ложный след, и все тут.

Они шли молча еще две-три минуты; затем Клик удовлетворенно хмыкнул и указал туда, где гладь воды, доселе безмятежная, ощетинилась рябью мелких водоворотов, подрагивающих возле зарослей осоки.

– Ага, вот оно, видите! – проговорил он и устремился туда, где водовороты кружили совсем близко к берегу, а вода, натолкнувшись на некое препятствие, выплескивалась на сушу. Когда мистер Нэком приблизился к Клику, тот уже снял свой щегольской сюртук и торопливо закатывал рукав рубашки.

В следующее мгновение он спустился по отлогому берегу, запрыгнул на торчащий из воды валун и по локоть опустил руку в бурлящий поток. Какое-то время его ставшая невидимой рука что-то нащупывала под водой, затем она снова появилась в поле зрения Нэкома, сжимая нечто тяжелое, намокшее, сочащееся струйками желтоватой воды.

– Взгляните-ка, – сказал Клик с ликующим смехом, бросил бесформенный ком на берег и, снова запустив руку в реку, выудил второй ком и швырнул его вслед за первым. – А вот и еще один, так что версия о случайности исключается.

Он ополоснул руку в воде, выпрямился и, прыгнув обратно на берег, принялся спускать рукав, пока мистер Нэком осматривал два склизких кома.

– Не доверяйте лунному свету – достаньте электрический фонарик и хорошенько рассмотрите их. Они того стоят, мистер Нэком, – просто красавчики. Вот уж воистину богатая находка.

– Богатая? Вы спятили, старина? Это всего лишь комья обычной глины.

– Определенно – именно поэтому они такие ценные.

– Ценные?