Загадки сражений Александра Невского

Занимавший после смерти Альберта епископскую кафедру Николай фон Наен совершенно не стремился к активной политической роли, поэтому роль главы церковной иерархии в регионе в тот момент часто играл папский легат Вильгельм Моденский.

Впрочем, собственных владений и сил Вильгельм не имел, выступая скорее в роли арбитра. Следует отметить, что он опекал весь Балтийский регион и в период, о котором идет речь, находился за пределами Ливонии, в Пруссии и Польше, занимаясь отражением татарского нашествия²⁰⁹.

Пост епископа Дерптского в исследуемый период занимал Герман фон Буксгевден, брат рижского епископа Альберта. Первоначально он занимал должность аббата бенедиктинского монастыря Св. Павла в Бремене, родового монастыря Буксгевденов, а в 1219 г. был назначен епископом Леальским.

Но датчане задержали его, и в итоге он прибыл в Прибалтику только в 1224 г. После ряда событий он перенес центр своей епархии в Дерпт, но в 1225 г. уехал из Ливонии, вероятно, из-за проблем с меченосцами. В Ливонию он вернулся только в 1231 г., но вскоре вновь уехал в Германию. Только в 1234 г. он все-таки вернулся в свою епархию, хотя зиму 1235/36 г. провёл в Италии, где папа римский разбирал споры между своим легатом, епископом рижским и магистром меченосцев. Вернувшись после суда, отец Герман до 1245 г., т. е. до момента отречения от сана епископа, руководит собственной епархией²¹⁰.

Следует учитывать, что в эти годы Герман был фактическим главой дома Буксгевденов. Владения дерптского епископа занимали значительную часть границы с русскими землями.

Хотя диоцез возник относительно недавно (Дерпт был захвачен немцами только в 1228 г.), личная энергия епископа и могущество дома Буксгевденов сделали его активным игроком в политической жизни региона. Вероятно, именно там, в пограничном епископстве, собирались многие паломники, желавшие воевать с язычниками.

По сравнению с прочими Эзель-Виккское епископство находилось в самом тяжелом положении. В состав диоцеза входили как земли области Ляэнемаа, которую немцы называли Вик, так и острова Эзель (Сааремаа по-эстонски) и Даго (Хийумаа). Немецкий контроль над этими землями был весьма слабым.

Первый епископ, Готфрид, аббат цистерианского монастыря в Динамюнде (около Риги), даже не рисковал посещать свои новые владения, но по возможности распродавал или даже раздавал их всем желающим. По решению папского легата Вильгельма Моденского он был смещен со своего поста, а пожалования ему были отозваны. Сам Готфрид так и остался аббатом своего монастыря.

Вот только вынести решение – это одно, а провести его в жизнь, лишив владений закрепившихся на месте немецких авантюристов и местных нобилей, было значительно труднее. Следующие пять лет желающих занять пост епископа и разбираться с вассалами не нашлось.

Только в 1234 г. этот пост занял брат Генрих из молодого (созданного в 1216 г.) доминиканского ордена, известного своей активной деятельностью в роли миссионеров, проповедников и инквизиторов. Папский легат посоветовал ему передать треть своих земель ордену меченосцев, которые могли призвать к порядку его вассалов, в том числе некое семейство Лодде²¹¹.

Похоже, брат Генрих последовал этому совету, порядок в его землях был восстановлен. Но в 1241 г. жители Эзеля восстали, и только бегство избавило епископа Генриха от статуса мученика.

Надо сказать, что коренные жители острова Эзель в то время занимались не только рыболовством и земледелием, они славились как пираты, активно грабившие проходящие мимо корабли и окрестные земли²¹².

Кроме того, как уже говорилось, на острова Эзель и Даго активно претендовали датчане, в том числе добивавшиеся, чтобы эти земли контролировали каноники, подчиненные лундскому архиепископу. В общем, положение епископа Эзель-Виккского было сложным.

Важно учитывать, что параллельно немецкой существовала и датская волна крестоносного движения. Это было связано с тем, что Датское королевство тогда выступало как региональный лидер, претендовавшее на подчинение прибалтийских, в том числе и северонемецких княжеств.

Папский престол часто поддерживал усиление Дании, видя в нем противовес могуществу своих основных противников – императоров из династии Штауфенов.

В Ливонии датчане стремились не только завоевать новые земли и улучшить свое реноме славой крестоносцев, но вновь установить контроль над балтийской торговлей, во многом утраченный ими после разгрома Готланда. Для этого они стремились установить контроль над землями современной Эстонии, в первую очередь над островом Эзель (Сааремаа).

Владения Датской короны, недавно полученные ею обратно по договору в Стенсби, располагались в Северной Эстонии. Большая часть местных земель была роздана немецким феодалам, самыми нахрапистыми и влиятельными из которых было семейство фон Кивиль.

Говоря о немецких владениях в Прибалтике, следует учитывать, что в зависимости от времени и обстоятельств завоевания, они (кроме датских земель) часто перемежались между собой.