Закат блистательного Петербурга. Быт и нравы Северной столицы Серебряного века

Усилиями газетчиков и самого Милюкова мелкий инцидент раздули до размеров гигантского политического скандала. Уже на следующий день после «гнусного, бессмысленного насилия, учиненного сотрудниками газеты», на квартиру Милюкова прибыли представители различных политических групп и общественных организаций, чтобы выразить ему сочувствие и поддержать в «трудную минуту». В полном составе явилась фракция кадетской партии.

Посетил Милюкова даже председатель Государственной думы Хомяков, оставивший на своей визитной карточке следующую надпись: «Позвольте мне выразить Вам сердечное соболезнование и глубокое отвращение учиненному над Вами насилию». А газета «Русские ведомости» в своей телеграмме выразила гневное возмущение «дикой выходкой насильников».

На судебном процессе, собравшем огромное количество биржевиков, адвокатов и журналистов, представители «Руси» отвергали все обвинения в шантаже, назвав их надуманными и лживыми, и говорили, что их переговоры в банках носили исключительно «дружественный характер». Суворин, в свою очередь, обвинил банкиров в том, что их руками правительство борется с газетами, «набрасывая им на шею веревку».

Кроме того, он обвинил министра финансов в якобы предпринятой против «Руси» кампании, в которой объединились правительственные и частные учреждения. Но, по словам Суворина, и финансистам, и правительству рано праздновать свою победу. «Газета „Русь“ на днях снова будет выходить, – сообщил он. – Как феникс из пепла, она возникнет и снова бросится в бой».

Что же касается инцидента «Попов против Милюкова», то, по словам Суворина, он явился следствием «потери Поповым самообладания», иначе тот никогда не смог бы совершить такой дикой расправы. Впрочем, сам Попов, присутствовавший на процессе, виновной стороной себя нисколько не чувствовал. Одетый в элегантный костюм и светло-желтые гетры, он свысока смотрел на публику…

«Попов знал, – заявил представитель стороны обвинения адвокат Грузенберг, – что Милюков не примет поединка. Но мы предлагаем теперь подсудимому другую дуэль: я расскажу вам жизнь Милюкова, расскажите же вы свою жизнь. Отказ от любой кафедры, жертва научной славой, неустанная работа и горячая любовь к родине, ссылка и заключение вместо обеспеченного покоя – вот жизнь Милюкова. А о жизни этих людей что мы знаем? Мы сидим уже два дня на суде и слышим только одно про них – деньги и шантаж».

Судебный процесс затянулся до глубокой ночи. Уже под утро вынесли приговор: Попова признали виновным в «насилии» и приговорили к аресту на один месяц.

Философ против генерала

Ярким свидетельством силы и могущества газетного слова в старом Петербурге явилось дело генерала Петрова и его жены, разбиравшееся в последний майский день 1911 года в петербургском окружном суде. Необычное дело вызвало большой резонанс в столице: генерал выступал в суде против своей же супруги, обвиняя ее в клевете в печати.

Все началось с того, что 20 июля 1910 года во влиятельной суворинской газете «Новое время» появилась статья известного русского философа, публициста и историка литературы В.В. Розанова, работавшего в этой газете с 1899 по 1917 год, озаглавленная «Из семейных нравов». В ней, в числе прочего, описывался генерал Петров, который обвинялся в том, что он истязал свою жену, бросил ее и детей без всяких средств и скрывается от получения повестки, так как жена требует от него денег на содержание детей.

Кроме того, генерал обвинялся, говоря современными словами, в неуставных отношениях: в статье говорилось, что он бьет солдат по голове, а его излюбленными выражениями, по словам Розанова, являлись «чистить мозги» и «молоть башку». Одним словом, в статье вырисовывался облик деградирующего военного, не достойного звания русского офицера.

Суворинская газета «Новое время», контора которой находилась на Невском проспекте, против Гостиного двора, являлась одной из самых влиятельных газет в России

Генерал Петров в долгу не остался и, усмотрев в этой публикации «клеветнические, позорящие его честь и доброе имя сведения», обратился в суд, обвиняя свою жену и журналиста Розанова в клевете. Генеральша Петрова, в свою очередь, предъявила иск к мужу на 18 тысяч рублей, требуя этих денег на содержание себя и детей.

Дело несколько раз назначалось к слушанию, но все время откладывалось. На предварительном следствии выяснилось, что материалы для статьи Розанову сообщила сама генеральша Петрова. Именно на этом основании генерал пожелал привлечь к ответственности и автора, и «первоисточник».