«Бедного Медведева, члена управы, попавшего на скамью подсудимых, даже жалко: одинокий, всеми брошенный, покинутый», – с иронией замечал обозреватель одной из газет. Никто из столпов «стародумской» группировки, причастных к деятельности И.П. Медведева в Городской управе, не пришел на процесс поддержать своего бывшего коллегу. Явился только заместитель («товарищ») городского головы Демкин – да и то по повестке в качестве свидетеля…
Судебное заседание по нашумевшему делу В. Дандре открылось спустя почти год – 9 октября 1912 года. Как выяснило следствие, своими доходами Дандре был обязан по преимуществу городской казне. Когда в 1907 году в Петербурге решили провести трамвай, на многомиллионный подряд претендовали две компании – германская «АЕГ» и американский «Вестингауз». Тендер тогда выиграл «Вестингауз». В изъятой следствием переписке между одним из руководителей фирмы МакКартуром и руководителем российской конторы «Вестингауза» Смитом назывались суммы взяток гласным и служащим Городской думы. Дандре за подряд, доставшийся американцам, получил 7500 рублей.
В еще одной афере Дандре поучаствовал в 1910 году, когда город выбирал компанию для подряда на строительство нового моста через Неву (позже его назовут мостом Петра Великого). В претендентах числились Коломенский завод и фирма «Рудзский и К» из Варшавы. Когда представитель варшавян Шмидт приехал в Петербург и остановился в гостинице «Европейская», ему сразу начали названивать неизвестные субъекты, предлагавшие «посодействовать» в Городской думе. Вначале осторожный Шмидт отказывался от заманчивых предложений, но когда к нему обратился по телефону Виктор Дандре, согласился с ним встретиться. Он слышал о необычайных возможностях покровителя балерин еще в Варшаве от представителей других польских компаний. За 5000 рублей Дандре сумел сделать так, что Городская дума предпочла варшавян коломенцам, причем стенограмма заседания комиссии, решавшей, кому будет отдан подряд, таинственно исчезла.
Тем не менее опытному юристу Виктору Дандре удалось добиться на суде оправдания по статье о взяточничестве, и его преступление переквалифицировали на «введение в заведомо невыгодную сделку». В результате он отделался штрафом в 36 тысяч рублей. После того как деньги были уплачены, история развивалась, как в лихо закрученном детективе с оттенком любовного романа. По поддельным документам Дандре выбрался в Лондон, где его уже ждала балерина Анна Павлова. Отныне путь в Россию был заказан не только для него, но и для Павловой, ибо очень скоро она стала его законной женой. Сразу после свадьбы супруги купили просторный коттедж в Хемстеде под названием «Айви-хаус», принадлежавший когда-то знаменитому английскому художнику Тернеру…
Тезка государя императора – бывший гласный Николай Романов – получил за свои махинации два года тюрьмы. Ему предъявили обвинение в выгодной сделке, совершенной по окончании сооружения Троицкого моста. Строившая его французская фирма «Батиньоль» запросила дополнительную сумму, не предусмотренную заранее утвержденной сметой, уверяя, что эти деньги потрачены по вине города. Интересы фирмы лоббировал сам будущий президент Франции Клемансо. Представитель «Батиньоль» в России Ландау получил право израсходовать на взятки 5 % требуемых фирмой у города денег – 35 тысяч рублей. Однако корыстный Романов, пользуясь своим влиянием в городском самоуправлении, не дождался всех французских денег от Ландау. Он сумел добиться 700 тысяч для «Батиньоля» всего за 20 тысяч для себя.
В деле по постройке Охтинского моста Николай Романов тоже «засветился». Его обвиняли в том, что он получил под векселя через директора-распорядителя фирмы «Рудзский и К» 15 тысяч рублей. За это фирме обещалось содействие в получении 80 тысяч рублей якобы на возмещение расходов по составлению чертежей. Завод успел получить 31 тысячу, дальнейшая выплата приостановилась…