Замах на рубль, удар на копейку (без илл.)

Этим высказыванием Удальцов фактически расписался в том, что ему глубоко безразлично, кто конкретно будет союзником «Фронта» — либералы, требующие свободного рынка, националисты, «защищающие» русских от «инородцев», или анархисты, желающие «порядка». Это для Удальцова абсолютно неважно, главное, чтобы людей было много, все они сильно ненавидели Путина и активно ходили на митинги. Поэтому, думаю, если предположить, что завтра педофилы России объединяться в партию и объявят, что «единороссы» мешают им отправлять естественные сексуальные потребности, Удальцов, надо думать, поддержит и их, разумеется, при условии, что они «не стоят на позициях человеконенавистничества».

Дополнительной иллюстрацией полной политической безграмотности и неразборчивости членов ЛФ может послужить их отношение к последним событиям на Украине: активисты «Фронта» из Ульяновска даже не погнушались провести пикет с поддержкой фашиствующей (назовем вещи своими именами) «майданской» оппозиции[6].

В своих статьях Удальцов пытается нас убедить, что в протестах 2011—2012 гг. участвуют не только представители «среднего класса», но и рабочие, и пенсионеры[7], однако подобные высказывания не выдерживают ни малейшей критики. Во-первых, сам термин «средний класс» — сугубо оценочен, антинаучен и неприемлем для марксистского анализа (до сих пор никто не ввёл внятных критериев для определения этого мистического «среднего класса»)[8]. Во-вторых, хотя данные соцопросов действительно свидетельствуют о том, что количество митингующих в возрасте старше 55 было солидным — около 12—14 %[9], это ничего не говорит об их материальном положении; Алишер Усманов, например, в прошлом году тоже стал пенсионером. Как Сергей Владимирович оценил степень участия рабочих в «болотном движении», остаётся загадкой. Однако все эти выкладки, в принципе, не имеют никакого значения, так как Удальцов ни в одной из своих статей не обозначил производящие классы как базу для своего движения, классовый анализ в его трудах отсутствует как таковой и подменяется рассуждениями о различных «социальных группах» и «общественных движениях». В социальном вопросе лидер «Фронта» лишь повторяет риторику либералов с Болотной, привнося немного левизны и таким образом легитимизируя весь протест как «общенародный».

Программа «движения»

Обратимся к программе «Левого фронта». Ниже представлены 5 требований, выдвинутых к митингу 4 декабря 2011 г.

1. Отмена итогов незаконных выборов 4 декабря.

2. Принятие на референдуме нового Избирательного кодекса, регулирующего свободные выборы […]

3. Беспрепятственная регистрация оппозиционных политических партий, упрощение порядка регистрации политических партий.

4. Внедрение механизмов прямой демократии (электронное голосование, референдумы).

5. Прямые выборы губернаторов, прямые выборы мировых и районных судей[10].

Впоследствии к настоящей программе добавилось разве что требование освобождения политических заключенных. Напомню, это требования «Левого фронта». Как говорится, без комментариев. Никак не спасают ситуацию и оправдания Удальцова: якобы это лишь те требования, с которыми согласны все представители протестного движения от правых до левых, а его «Фронт» может предложить и более широкую социальную программу. Однако четкой формулировки этой программы я не встретил ни в одном из множества текстов Удальцова, написанных им до попытки заявиться кандидатом в мэры Москвы (о чем еще будет сказано ниже). Практически полное отсутствие социальных требований у движения, не имеющего действительных связей с широкими массами, вполне объяснимо.

Идея о необходимости поддержания единства протестного движения любыми средствами — одна из основных в работах Удальцова. Он постоянно выражает готовность пожертвовать «радикальными» требованиями своей «партии» ради сохранения «целостности протеста», и так как вопросы о свержении «путинского режима» и изменении избирательного законодательства так или иначе беспокоят всех представителей «болотного движения», вокруг них, по мнению Удальцова, и стоит объединяться. Поэтому радикальные социалистические лозунги «Левый фронт» позволяет себе лишь на частных выступлениях, вроде ежегодного «Антикапиталистического марша», то есть в привычном для российских псевдолевых гетто. После прочитанного справедливо напрашивается вопрос: если «Левый фронт» не имеет ни революционной программы, ни даже внятных социальных требований, что тогда отличает его от либералов? Очевидно, только название.