Занимательная история Церкви

Несторий, в отличие от Кирилла, не писал книг и не сочинял трактатов, ограничиваясь проповедями. Это был простодушный и наивный провинциал, скромный ученик крупного восточного авторитета Феодора Мопсуэсткого. Даже сторонники Нестория считали его не великим богословом, а типичным представителем антиохийской школы. Он думал и говорил именно то, что говорили все остальные антиохийцы, ничего не прибавляя от себя. Пока все это говорилось и делалось в рамках одной провинции и богословской школы, никто не обращал на него особого внимания. Другое дело, когда действие перенеслось в Константинополь. Разница была примерно такая же, как если бы кто-то вел крамольные разговоры у себя дома, а потом вышел бы с ними на площадь.

Дяди и племянники

В Александрийской церкви долгое время существовала необычная традиция: епископская кафедра передавалась по семейной линии, от дяди к племяннику (сыновей у безбрачных епископов быть не могло). Так, Афанасий Великий передал епископство своему племяннику Петру, тот — племяннику Феофилу, Феофил — своему племяннику Кириллу, а Кирилл — племяннику Диоскору. Цепочка эта прервалась только после осуждения и ссылки Диоскора.

Расстановка сил

И Кирилл, и Несторий искренно заботились о христианской истине и искренно обвиняли друг друга в отклонении от никейского символа. Как же получилось, что Несторий остался в истории Церкви еретиком, а Кирилл — святым?

Несторий занимал константинопольскую кафедру, а Константинополь очень не любили в Александрии и Риме. Это делало их естественными союзниками против города-выскочки. Рим ревновал новую столицу империи и отказывался признавать ее возвышение. Были и территориальные разногласия из-за восточного Иллирика, который подчинялся светской власти из Константинополя и церковной — из Рима. Вдобавок ко всему Несторий неловко попытался заступиться за пелагиан, высланных из Италии, и тем самым поставил под сомнение авторитет римского папы, который занимал позицию верховного судьи. Письмо Нестория папа Целестин отверг на том основании, что константинопольский патриарх называл папу «братом», то есть равным себе, и писал на греческом, без перевода на латынь.

Кирилл не повторил этих ошибок. В своем послании к папе, обвинявшим Нестория в ереси, он назвал Целестина не братом, а «отцом отцов» и добавил к письму латинский перевод. Целестин, не очень хорошо разбиравшийся в богословии, поручил рассмотреть учение Нестория ученику Златоуста Иоанну Кассиану. Тот написал опровержение против Нестория в книге «О воплощении». Получив его, Целестин отлучил Нестория, а исполнителем своей воли назначил Кирилла. Несторий воспринял все это как интригу александрийцев, которые в свое время добились осуждения Ионна Златоуста. Он считал, что папа Целестин ничего не понимает в богословии и просто говорит со слов Кирилла.

Назревавший спор пытались замять. Антиохийский патриарх Иоанн попросил Нестория прекратить дискуссию и не выступать против слова «Богородица». Тот согласился ради мира в Церкви. Но Кирилл был не так сговорчив. Когда авторитетный епископ Акакий Верейский (ему было 110 лет) написал Кириллу письмо с просьбой не выступать так жестко против Нестория, поскольку здесь речь идет не об ереси, а разнице в терминах, Кирилл не согласился. Он созвал в Александрии собор, утвердил на нем 12 анафематизмов, направленных против учения константинопольского патриарха, и потребовал от Нестория их подписать. Но послание Кирилла еще не дошло до Нестория, когда императором был созван новый вселенский собор в Эфесе (7 июня 431 года).

Читайте в ПРИЛОЖЕНИИ: Кирилл и Несторий

Третий Вселенский собор