Занимательная история Церкви

На Востоке этому правилу не последовали. Многие епископы по-прежнему были женаты и имели семьи. Святитель Григорий Богослов родился, когда его отец был епископом. Синесий Птолемаидский прямо заявил, что не может отказаться от своей жены: «Я не хочу ни разлучаться с ней, ни жить тайком, словно в недозволенной связи. Первое противно благочестию, второе — законам; но я желаю иметь от нее много прекрасных детей». Желание Синесия было уважено, и его посвятили в епископы женатым.

Проблема была в том, что на практике девство всегда уважалось больше брака, и Церкви приходилось с этим считаться. Со временем повсеместно вошло в обычай, чтобы по крайней мере епископы были безбрачными. Юстиниан уже решительно требовал, чтобы избирающийся в епископы никогда не был женат и не имел детей. Трулльский собор (692 год) признал обязательность целибата для епископов, но высказался против безбрачия священников и диаконов. После собора женам всех женатых епископов пришлось с ними расстаться и уйти в монастырь, где они получали от бывших мужей денежную помощь. Однако это правило часто не выполнялось, и жены продолжали жить в епископских домах. Спустя четыреста лет императору Исааку Ангелу пришлось выпускать особый указ, что жен епископов нужно постригать в монашество.

Не менее сложным оказался вопрос о двубрачии диаконов и священников. Второй брак для духовного лица считался не то что бы недопустимым, но нежелательным. (Под вторым браком подразумевалась не только вторая женитьба, но и женитьба на женщине, ранее уже состоявшей в браке). Амвросий Медиоланский разъяснял: мы не запрещаем вступать во второй брак, но и не советуем. Златоуст говорил, что если вдовец вступает в новый брак, это показывает его неверность к умершей жене — а как можно доверять человеку неверному дела Церкви? Феодор Мопсуэстский на это возражал, что вдовец не виноват, что у него умерла жена, и если он жил с ней верно и честно и так же будет жить с другой — это не основание, чтобы не допускать его к священству.

В конце концов, было решено, что в духовенстве не должно быть лиц, женатых дважды, женившихся на вдовах или на женщинах сомнительной репутации, в том числе актрисах. Запрещалось также вступать в брак после принятия сана: если хочешь жениться, это надо сделать до того, как ты стал священником или диаконом, после уже нельзя. Исключение делалось для тех, кто при вступлении в сан делал оговорку, что не может оставаться безбрачным.

О епископах и свободе Церкви

Киприан Карфагенский писал, что «епископ не может быть судим другим епископом и судить другого» или «принуждать, как тиран, своих товарищей следовать своему мнению»: каждый имеет право думать по-своему. На деле примеры свободомыслия в Церкви были очень редки. Один из самых ярких — случай с Синесием Птолемаидским, который отказался быть епископом, если ему не разрешат оставить себе жену и продолжать заниматься неоплатонической философией. В письме брату он писал, что оставляет за собой право придерживаться своих взглядов на происхождение души, воскресение плоти и вечных мук. Несмотря на такое вольнодумство, он все-таки был избран епископом.

Синисакты и субинтродукты

Примерно с III века в Церкви появилось необычное явление, сразу ставшее очень популярным: духовный брак с «субинтродуктами». Слово «субинтродукты» — производное от латинского virgae subintroductae — означает «сводные девы», по-гречески «синисакты». На Востоке их обычно называли духовными женами и «возлюбленными сестрами», а на Западе — конкубинатами. По сути речь шла о сожительницах клириков, которые из-за обета безбрачия не могли иметь законных жен, но продолжали находиться в женском обществе.

Начало этой инициативе положили несколько подвижников, которые практиковали необычный аскетизм: жили в одном доме вместе с девами, посвятившими себя Христу. Предполагалось, что отшельники разного пола просто объединяют свои усилия, чтобы вместе вести праведную жизнь и служить Господу. Этот пример оказался настолько заразительным, что скоро с девами стали сожительствовать не только аскеты, но и духовные лица: епископы, священники, диаконы. У некоторых диаконов их было по 4–5, что не мешало им становиться впоследствии епископами.