Занимательная история Церкви

Ничуть не лучше обстояло дело и на Западе. Иероним Стридонский с возмущением писал, что священнослужители одержимы жаждой наживы: «Иные из духовных понемногу подают бедным, чтобы получить больше, и под предлогом благотворительности наживают богатства». Заботу о бедных использовали как наживку, чтобы подцепить кошельки сердобольных матрон. Некоторые клирики втирались в доверие к бездетным старикам и вдовам, чтобы те оставили им наследство. Другие под видом духовников совращали замужних женщин и заводили себе наложниц из служанок. «Пастыри Церкви ищут больше благ земных, а не спасения душ, — сетовал Амвросий Медиоланский. — В настоящее время нет ничего легче, веселее и приятней должностей епископа и пресвитера». Спустя два века Григорий Великий продолжал обрушивать на пастырей град упеков: они не имеют любви и хотят быть господами; простой народ обирают, а перед властью пресмыкаются ради подарков; расхищают чужое добро и живут мирской жизнью.

Многие считали, что главным источником церковных смут являются не богословские разногласия, а страсти и пороки епископов. «Предлогом споров у нас Святая Троица, — негодовал Григорий Богослов, — а истинной причиной — невероятная вражда. На словах только и слышишь от пастырей „о попечении душ“, а на деле они больше всего заняты „сборами и поборами“ со своих пасомых». Евсевий Кесарийский сокрушался, что среди епископов процветают зависть, ненависть и раздоры: вместо того, чтобы быть рабами Христовыми, они соперничают друг с другом, старясь урвать побольше власти и богатства. Иоанн Златоуст, сам ставший жертвой церковных интриг, замечал, что епископ боится своих ближних и сослужащих так же, как тиран боится телохранителей: потому что «никто столько не домогается его власти и никто лучше всех других не знает дел его, как они».

Властолюбие и жадность пастырей усугубляла варварская грубость нравов, проявлявшаяся в самодурстве и рукоприкладстве. Провинившихся или чем-то не угодивших им клириков высшие чины избивали посохом, таскали за бороду, выбивали зубы. Некто Вассиан описывал, как Мемнон Эфесский посвящал его в епископы какого-то «ничтожного селения»: «Я не хотел принимать на себя управление епископством, поэтому Мемнон от 3 до 6-го часа бил меня перед алтарем, так что и св. Евангелия, и алтарь обагрены были кровью». Александрийский папа Феофил, разгневавшись на монаха Аммония, набросился на него с кулаками и едва не задушил собственным омофором — епископской лентой, символизирующей архиерейскую власть.

Глава вторая. Дела административные

Структура

В Римской империи не знали такого понятия, как «национальная церковь»: не было церкви греческой, итальянской и т. п. Существовали только административно-географические деления внутри страны, которым почти точно соответствовала и церковная структура.

Основной единицей государственного управления являлись провинции. Сначала они делились на сенатские, где царил мир, и императорские, где было неспокойно и могли вестись военные действия. В сенатские провинции назначали проконсулов, которые совмещали гражданскую и военную власть, а в императорские — наместников, обладавших только военной властью. После Диоклетиана эта система усложнилась. В Риме существовала должность префекта претория — главы личной преторианской гвардии императора. Поскольку при Диоклетиане высших правителей стало 4 (два императора с титулом цезаря и два наследника-августа), то и префектов тоже сделали 4, а сами префекты из военных лиц превратились в гражданских, руководивших 4 префектурами, на которые теперь делилась вся империя: восточную, иллирийскую, галльскую и италийскую. Префектуры делились на диоцезы, которыми управляли викарии, а диоцезы, в свою очередь, на провинции, которыми ведали прецизы.

Восточная Римская империя состояла из двух префектур: восточной и иллирийской. В первую входило 5 диоцезов, разделенных на 46 провинций, во вторую — 2 диоцеза и 11 провинций. Западная часть империи включала две оставшиеся префектуры: италийскую с 3 диоцезами и 20 провинциями и галльскую, состоявшую из 7 провинций. Всего в империю входило 4 префектуры, 13 диоцезов и 86 провинций.

В Церкви аналогом провинций были епархии (по-гречески «епархия» и есть провинция), которые возглавляли митрополиты. На деле епархий было намного меньше, чем провинций, потому что количество епископов в провинции часто было слишком невелико и они не могли образовать епархию. Поэтому одна епархия могла включать в себя несколько провинций. Епархии делились на епископии во главе с епископами, подчинявшимися митрополиту.