Занимательная история Церкви

В это время обстановка в империи была хуже некуда. Арабы сужали кольцо вокруг Константинополя. Они полностью разбили византийский флот у Финикии, и только междоусобица, возникшая внутри халифата между двумя претендентами на власть, Муавией и Али, заставила их на время приостановить наступление. Через год, став единоличным правителем, Муавия бросил все силы на Константинополь. Город оказался в многолетней осаде, окруженный мощным арабским флотом. Судьба Византии висела на волоске, и тут на помощь грекам пришло новое секретное оружие — «греческий огонь». Изобретенный сирийцем Каллиником в 673 году, он долгое время оставался «ноу хау» греков и позволил им выиграть немало морских битв. Греческий огонь нельзя было погасить водой, больше того — под действием воды он разгорался еще сильней. Выпущенный из труб-сифонов огненный столп в считанные минуты сжигал деревянные суда. Внезапное применение греческого огня заставило арабов бежать «в великом страхе», а остатки их флота по дороге разметал и уничтожил шторм. Сухопутные войска мусульман были также разбиты, и арабское нашествие захлебнулось. Согласно заключенному на тридцать лет мирному договору, арабы должны были ежегодно выплачивать ромеям 3000 золотых монет, давать по 50 коней и освобождать по 50 пленников.

Церковные дела шли своим чередом. Став императором, Константин Погонат продолжал дружить с Римом, но скорее политически, чем церковно. На деле между римским епископом и патриархом Константинополя не было никакого общения. Чтобы исправить это, Константин пригласил к себе папских легатов, которые привезли в Константинополь послание от папы, призывавшего Восток вернуться к православному учению о двух волях. Вскоре к римским легатам присоединились новый константинопольский патриарх Георгий, антиохийский епископ Макарий (он находился в Константинополе, поскольку Антиохия была захвачена арабами) и представители Александрийской церкви, которая в то время не имела епископа, так как тоже оказалась под властью арабов. Так, как бы сам собой, составился Шестой Вселенский собор, иначе называемый Трулльским.

Шестой Вселенский собор

Императорский дворец в Константинополе представлял собой не одно, а целый комплекс зданий с огромным количеством помещений и комнат. В их число входил один маленький корпус, где было всего два зала, Большой и Малый. Оба они имели форму чаши, по латыни — trullo, поэтому и дворец назывался Трулльским. Под этим чашеобразными сводами-труллами и проходили все 18 заседаний Шестого Вселенского собора, продолжавшегося десять месяцев: с 7 ноября 680 г. по 16 сентября 681 г.

Собор открылся под председательством императора, который заявил, что созвал его ради одной цели — выяснения истины. По правую сторону от него сидели римские легаты, по левую — все остальные епископы и представители светской власти.

Содержание собора свелось к дискуссии между монофелитами — представленными Макарием Антиохийским, Георгием Константинопольским и некоторыми другими иерархами Церкви, — и дифелитами, во главе которых стояли папские легаты. Как обычно, для выяснения вопроса были зачитаны деяния предыдущих соборов, причем обнаружилось, что акты V собора были подделаны: в них вставили несколько подложных писем (как позже выяснилось, подлог устроил Макарий Антиохийский). Из деяний соборов ничего определенного касательно двух воль и энергий обнаружить не удалось, поэтому спорящие стороны перешли к доказательствам из патристики и собственным рассуждениям. Макарий Антиохийский настаивал на том, что во Христе было одно, не человеческое и не божественное, а богомужнее действие, и что одна личность Христа не могла иметь две воли. Он заявил, что никогда не признает две природных воли или два природных действия, «хотя бы меня разрубили на мелкие части и бросили в море».

Соотношение сил между монофелитами и дифелитами на соборе было совсем другое, чем прежде. Император потерял интерес к монофелитской унии, убедившись, что она производит только новые смуты, а не желанное примирение с монофизитами. К тому же монофизитские области уже и так отпали от империи, завоеванные арабами, и присоединять их к себе в церковной сфере не имело смысла. Поэтому главная движущая сила, породившая и продвигавшая монофелитство, — сила политическая, — перестала существовать. Император был скорей заинтересован в мире с Западом, который осуждал монофелитство: следовательно, тяжесть царского авторитета и власти ложилась в пользу дифелитов. Константин не вмешивался напрямую в течение собора, предоставив ему идти своим путем, и только утвердил своим согласием его ожидаемый и закономерный результат: победу дифелитов. Все деятели монофелитства, как живые, так и покойные: Макарий Антиохийский, Сергий, Феодор, Кир, Пирр, Павел и Петр (то есть все константинопольские патриархи, шедшие на поводу у императоров), а также папа Гонорий были осуждены и преданы анафеме.