Завоевание Сирии и Палестины далось мусульманам без особого труда. Византийская власть с ее религиозным диктатом надоела сирийцам так, что они благосклонно встречали арабов, казавшихся им более терпимыми, чем греки. Летописец Михаил Сириянин с негодованием вспоминал гонения византийцев на яковитов: «Вот за это Бог отмщений, видя злобу ромеев, которые повсюду, где властвовали, жестоко грабили церкви и монастыри и нас судили без милости, привел с юга сынов Исмаила, чтобы нас через них освободить». Так же быстро и легко пало персидское царство, просуществовавшее больше тысячи лет (со времен Кира Великого, 539 г. до Р. Х.).
В Египет арабы пришли лишь с небольшим войском, но этого оказалось достаточно, чтобы разбить греческую армию и осадить Александрию. Патриарх Кир собирался сдать город, как и Софроний, но Ираклий приказал арестовать его за измену и заключить в тюрьму.
После смерти Ираклия в Константинополе традиционно началась смута. Жена и племянница Ираклия Мартина попыталась взять власть в свои руки, оттеснив законного наследника престола Константа Второго в пользу своего сына Ираклиона. Это вызвало возмущение в народе и привело к казни Мартины и Ираклиона. Перед смертью матери отрезали язык, а сыну — нос. Патриарх Пирр, поддерживавший Мартину, письменно отрекся от своего сана и сбежал в Карфаген, где против Константа восстал византийский правитель Северной Африки, узурпатор Григорий.
В этой ситуации Констант почел за лучшее сдать весь Египет мусульманам. Византия вывела свои войска, а патриарх Петр, сменивший в Александрии Кира, покинул страну и уехал в Константинополь. После воцарения арабов на александрийскую кафедру из ссылки торжественно вернулся монофизитский патриарх Вениамин. Но это была пиррова победа: копты-монофизиты, ожесточенно боровшиеся за свою веру с православными, вскоре стали массово переходить в ислам. Так для Ближнего Востока и Египта закончилась «симфония» государства и Церкви, а заодно и тысячелетние царствование европейской культуры, принесенной эллинизмом.
Максим Исповедник и папа Мартин
Несмотря на почти полное торжество монофелитства, у него нашлось два выдающихся противника. Главную роль в борьбе с монофелитсвом и защите православия сыграли Максим Исповедник и римский папа Мартин.
О жизни преподобного Максима известно очень мало. Он происходил из аристократического рода, состоял на службе императора Ираклия и был близок к его семейству. В это время Максим не высказывал никаких противомонофелитских взглядов и даже одобрил компромиссный «эктезис» Ираклия. Позже он жил в малоазийском монастыре и бежал в северную Африку от нашествия персов. В Карфагене Максим пользовался огромной популярностью благодаря незаурядным ораторским способностям и философскому уму. Максим Исповедник был, пожалуй, самым мистическим и самым платоническим из христианских богословов. Его учение о логосах — Божественных идеях, пронизывающих весь тварный мир, — превратило систему неоплатоников в философский фундамент христианства, а идея об обожении всего сущего через человека вдохновляла многих поздних мыслителей от Скотта Эуригены до Бердяева. Русский философ Владимир Соловьев называл Максима Исповедника «самым сильным» из восточных умов, рядом с которым можно поставить только Оригена и Григория Нисского.
В 645 году в Карфаген приехал сбежавший из Константинополя патриарх Пирр, и между ним и Максимом состоялся богословский диспут. Максим в это время уже придерживался строгой дифелитской позиции. Он с блеском опроверг все доводы Пирра, уговорив его перейти в православие. Побежденный Пирр отправился вместе с Максимом в Рим, где принес папе Теодору покаяние в своем монофелистве. Обрадованный папа признал его настоящим патриархом вместо назначенного в Константинополе монофелита Павла. Но у Пирра за эти обращением стоял политический расчет: перейдя в православие, он становился сторонником африканского наместника Григория, который в случае победы над Константом мог вернуть его на константинопольскую кафедру.
В 646 году Григорий действительно поднял восстание и объявил себя императором. Его армия уже собиралась идти на Константинополь, как вдруг нашествие арабов на Африку разрушило все планы. В битве при Суфетула византийцы были разбиты, и Григорий погиб. Напуганный Пирр снова переметнулся к монофелитам и уехал в Константинополь, выпрашивать прощение у Константа. Разгневанный папа Теодор собрал в Риме собор и отлучил Пирра от Церкви. Для большего эффекта документ об отлучении подписали не чернилами, а святой кровью из чаши для причащения.
Отношения с Римом стали еще более напряженными. Папа Теодор потребовал от императора Константа уничтожить эктезис и отлучил нового константинопольского патриарха Павла за монофелитство. В ответ Павел сломал престол римского апокрисария и запретил ему совершать литургию. По просьбе Павла император Констант издал эдикт (по сути, догматический трактат — типос), в котором предписал под страхом наказания не вести никаких споров об одной и двух волях.