Занимательная история Церкви

Храмы начали очищать от икон. Вместо изображений со сценами из евангельских и ветхозаветных историй стены расписывали птицами и цветами. По отзывам современников, церковь стала похожа на «зеленую лавку и птичью выставку». Кроме цветочков рисовали «сатанинские изображения» охоты, театральных сцен, любимых басилевсом конских состязаний. Из книг вырезали листы с иллюстрациями и заставками, иногда их просто сжигали целиком. В то же время иконоборцы не стремились последовательно уничтожать все иконы во всех церквях. Вопреки собственным взглядам они оставили мозаичные иконы не где-нибудь, а в главном храме Константинополя — церкви Св. Софии.

Борьба с иконами затрагивала и почитание мощей святых. В Церкви нередки бывали злоупотребления, когда почитались «непроверенные» кости и останки. Иконоборцы выступили против мощей и уничтожили некоторые из них. Так, мощи мученицы Евфимии по приказу императора Константина бросили в море, а храм, где они хранились (тот самый, в котором проходил Халкидонский собор), превратили в военный арсенал.

Читайте в ПРИЛОЖЕНИИ: Психология иконоборчества

Гонения на иконолатров

Неприличное прозвище «Дерьмовый» Константину дали православные христиане за то, что во время крещения тот испражнился в купели и как бы сам крестил себя дерьмом. Так эту историю излагает летописец Феофан, называвший Константина «всегубительным, кровожадным, лютейшим зверем, обратившим власть свою к насильствам и беззаконию, от самого нежного возраста жившем во всех душегубительных занятиях». По другой версии, Константин любил обмазываться лошадиным навозом, считая это приятным и полезным для здоровья. За любовь к лошадям он получил свое второе прозвище — Каваллин, то есть «Кобылятник».

Император по характеру и поведению чем-то напоминал русского императора Петра Первого. Он тоже устраивал пьяные оргии, на которых был свой «всешутейший папа» — монах-расстрига. Константин вообще был настроен против монахов и объявил жестокую войну монастырям. Его целью было целиком уничтожить монашество. Монахи составляли основную силу, выступавшую против запрета икон: высшая церковная власть, послушная императору, практически не сопротивлялась. Константин называл монахов идолополконниками и служителями тьмы и требовал, чтобы остальные люди при встрече их не приветствовали, а осыпали бранью и камнями.

Монахи почти перестали появляться на улицах Константинополя. Монастыри начали переселяться в Италию и на территории, завоеванные арабами и свободные от власти императора. Святой Стефан, подвижник, живший на горе возле Халкидона, бесстрашно обличал Константина и призывал к защите икон. Попытки уговорить его ни к чему не привели; Стефан был арестован и брошен в темницу вместе с другими иконодулами. Там почитатели икон подвергались пыткам, им отрезали носы, уши, руки, бороды поливали смолой и поджигали. Стефана обвинили в том, что он увещевает людей бросать семьи и дома и идти в монахи: теперь это стало преступлением. Казнь Стефана состоялась 28 ноября 785 года: утром его вытащили на улицу за веревку, привязанную к ноге, и поволокли по всему городу. Солдаты и чернь били его до тех пор, пока он не умер, но и мертвое тело продолжали тащить и избивать. Даже дети, которых в этот день император приказал специально освободить от школьных занятий, бежали за трупом и бросали в него камни.

За Стефаном последовали другие жертвы. На ипподроме засекли до смерти монаха Андрея Каливита. Игумен Иоанн Монагрский был казнен за то, что отказался наступить на икону Богоматери. Затем казнили 19 вельмож и военных, поддержавших Стефана.

В одну из веселых минут Копроним придумал, как обесчестить монашеский образ: на ипподром (любимое место развлечений императора-лошадника) вывели монахов, заставив каждого из них держать за руку женщину. Народ, по замыслу императора, должен был их оплевывать и ругать. Правители провинций, подражая императору, превосходили его в жестокости. Так, управлявший Фракией Михаил Лахондракон приказал вывести всех монахов и монахинь на равнину близ Эфеса, где им было объявлено: кто хочет повиноваться императору, пусть наденет светлые одежды вместо черных и возьмет себе мужа или жену. Отказавшиеся были ослеплены и сосланы на Кипр.

Одни монастыри конфисковывались и превращались в военные казармы, другие просто разрушались. Монахов, если они занимали высокие должности в армии или правительстве (что было не редкостью), ссылали и казнили.