Зажги свое солнце. Целительные истории о счастье и любви к себе

Марина оттягивала начало подготовки к свадьбе. Родители молодых уже познакомились и даже пару раз успели поругаться и помириться, а платье и кольца так и не были куплены. Марина устроилась параллельно с учебой работать в деканат, допоздна задерживалась на кафедре, приходила домой и садилась за домашние задания. Переезжать к Роме она отказалась, хотя еще до Нового года согласилась, что им будет лучше жить вместе. Но тогда они решили не врываться с новым устоем в привычную предновогоднюю суматоху, а спокойно собрать вещи и перевезти их к Роме после праздников.

Марина вынашивала обиду. Она с детства представляла, как рыцарь спрыгнет с белого коня, опустится на одно колено и протянет ей самое красивое в мире кольцо – с крупным камушком посередине, классическое – в красной коробочке. Но ни кольца, ни коробочки – ей просто буднично предложили сходить замуж. Как будто она такие предложения получает ежедневно. Или как будто ей предложили купить хлеба.

Мама, не увидев красивого кольца на пальце дочери, еще больше начала наседать на Марину и просила подумать, стоит ли этот жених тех слез и криков, которые начались с его появлением в их семье. Это же послужило причиной первой ссоры между мамами молодых. Посреди званого ужина мама Марины, подняв бокал, произнесла тост: «Надеюсь, следующего мужчину моей дочери мама научит делать предложения, а пока выпьем за того мужчину, который есть». И выпила содержимое бокала залпом.

За столом воцарилась звенящая тишина, которую нарушило покашливание мамы Ромы. Она сдержанно уточнила два раза, что мама Марины имела в виду, и, поняв, что происходит, начала защищать своего ребенка как могла. А могла она не всегда вежливо и не всегда подбирала выражения.

Тот скандал слышала вся многоэтажка. Две матери отстаивали свои интересы: одна была зачинщиком и провокатором, а вторая привычно сражалась, как и сражалась много лет с директором школы, который называл Рому дебилом; как и сражалась с родственниками, которые считали, что Рому нужно отправить в детдом; как и все те годы, что рядом не было ее главного защитника. На нее напали в ее собственном доме и попытались уколоть в самое ценное, что у нее было – в ее ребенка. Никто на ее месте не промолчал бы. И она не стала.

Тот конфликт решился миром благодаря Марине и Роме. Марина долго беседовала со своей мамой, Рома со своей – и в конечном итоге враждующие стороны молча пожали друг другу руки, но обиду запомнили. Просто решили не усугублять. И это было последним совместным делом Марины и Ромы, где они действовали сплоченно и радели за благоприятный исход.

* * *

Марина избегала встреч с Ромой, а если ему удавалось подловить ее после работы или учебы, то шла молча и не реагировала на будущего мужа.

– Марин, что происходит? Может, поговорим, как взрослые люди, или ты продолжишь от меня бегать?

Рома преградил дорогу в подъезд, когда в очередной раз Марина резко засобиралась домой после их прогулки.

– Все хорошо. Много работы, много учебы, мама еще каждый вечер что-то говорит, словно радио. Она всегда недовольна, и я стараюсь не обращать внимания на нее, но не в этот раз. Мне будто передается ее недовольство, и я становлюсь такой же.

Марина попыталась обойти Рому, но тот выставил перед ней руку.

– Не ври. Это происходит давно, ты бегаешь от меня. Ты передумала выходить замуж? Если не хочешь, давай не будем, я не буду настаивать, – Рома попытался заглянуть в глаза Марине, которая рассматривала все, что угодно, но только не его.

– Не знаю. Может, давай не будем, как хочешь.

Марина холодно и бегло взглянула на Рому и увидела, как он расстроился. На секунду ей стало его жаль, но тут же это чувство сменилось ощущением превосходства. Марина испугалась своих чувств. Ей стал понятен этот огонек в глазах мамы, когда та ругала ее за отметки, за грязный пол. Это не была нелюбовь. Это было превосходство.

Рома пропустил Марину к подъезду и уже почти скрывшейся из виду фигуре сказал тихо: «Ночами опять одна ходит».

* * *

Марина завистливо провожала взглядом очередной брачный кортеж и отчаянно старалась не допускать мысли, что это могли быть они с Ромой. Она так и не решилась спокойно поговорить с ним о причинах своей холодности. На самом деле она просто не знала, как правильно себя вести, и искала ответ на вопрос везде – в книгах, в телешоу, в фильмах… Даже Люсе позвонила, но та побежала кормить сына и, быстро попрощавшись, положила трубку.

Вскоре они расстались. Марина подождала неделю и, не получив ни одного звонка, решилась на звонок сама. Трубку взяла мама Ромы, и Марина, глотая слезы, быстро протараторила, что Рома – замечательный парень и она любит их семью, но больше не хочет быть его девушкой, а уж тем более женой. Марина вежливо попрощалась и сразу же положила трубку. Позже она видела Рому еще несколько раз, но тот каждую их встречу делал вид, будто не знает Марину.