Зажги свое солнце. Целительные истории о счастье и любви к себе

Именно это и становится основой абьюзивных отношений. Жертва привыкает к своей роли, не видит выхода, а потом и вовсе не стремится уйти. Она боится. Страх – сильнейшее чувство и сильнейший стопор. А в это время абьюзер не забывает подкидывать дровишек в костер страха – сравнивая, унижая, воздействуя физически. В конце концов жертва перестает воспринимать насилие как нечто ужасное и привыкает к этому, как к своей реальности и обыденности.

Важно запомнить: в основу любых отношений, где один страдает, но не уходит, где мучается, но не предпринимает никаких действий, легла именно ВЫУЧЕННАЯ БЕСПОМОЩНОСТЬ.

Упражнения и практики по устранению тревожности должны быть направлены на стабилизацию внутреннего гармоничного состояния. Постоянная тревога – это состояние без определенного раздражителя, без реальной опасности.

Ситуативный страх при этом, как реакция на раздражитель – абсолютно нормален. Проще говоря, если на вас из-за угла выбежала злая собака, а вы дико боитесь собак, испугаться – это нормальная реакция.

А вот находиться постоянно в ощущении тревоги – это не норма, и нужно тщательно разбирать эти ощущения, чтобы найти первопричину.

Очень хорошо можно работать с тревогой через тело, так как у тревожных людей именно в теле формируются блоки и области чрезмерного напряжения.

Упражнение «Горящая свеча»

В 20 см от себя, на уровне рта, поставьте горящую свечу. Ваша задача – не задуть ее, репетируя день рождения, а плавно покачивать дыханием ее пламя. Тренируйтесь в течение недели и вы заметите ощутимый эффект от этого упражнения: стабилизация дыхания, внутреннее успокоение, которое разливается теплом по телу.

Упражнение «Наблюдатель»

Тревожные люди часто не могут объективно оценить происходящее с ними из-за истощенности нервной системы и всего организма. Упражнение поможет принять правильное решение или же просто посмотреть на ситуацию под другим углом.

Представьте, что ваша жизнь – не ваша. Вы наблюдаете за героем фильма или за действиями соседки. Сначала это покажется вам странным, но потом вы почувствуете, как натурально отстраняетесь от происходящего и держитесь на расстоянии. Наблюдайте – и в конце дайте совет, словно постороннему, который нуждается в нем.

Этот совет и будет самым верным решением в сложившейся ситуации.

<p>Часть 7</p><p>Родительские установки</p>

<p>Три мамы</p>

– Это так больно, – шепотом сказала Вера, вытерев тыльной стороной ладони горячие слезы.

Подруги молчали, ожидая продолжения. Вера принялась крутить за ножку бокал, стоящий на столе:

– Это так больно – стоять на этой дурацкой линейке и видеть, что твои родители словно белые вороны. Они думали, что я ничего не пойму. Не увижу слезы мамы на кухне и не сопоставлю с поздними возвращениями папы. Я ведь про эту женщину давно знала. Гораздо раньше, чем мама, я нашла эти документы. Я не могла смотреть, как мама безответно любит папу. Я по-детски думала, что сейчас мама увидит, узнает, разведется и станет счастливой. Но нет – мама день за днем была чернее тучи.

Вера отстраненно посмотрела в окно, вспоминая то время.

– Я смотрела на маму и понимала, что никогда в жизни не буду вот так. Вот так ждать. Вот так терять молодость. Вот так любить того, кто не достоин. Получалось не всегда, но я смогла.

Вера попыталась изобразить ликование, но, увидев слезы на глазах подруг, поняла, что наконец-то можно не притворяться.

– Этот Витя… Черт… Откуда он только взялся? И зачем? Я, как старшеклассница, помчалась в эти отношения и стала… Как моя мама. Спала плохо. Платья даже перестала себе покупать, – Вера грустно улыбнулась, зная, что подруги поймут: если она отказалась от платьев, значит, дела плохи. – Он с женой остался. И хорошо… Потому что я бы превратилась в такую же, как его жена. Как моя мама. Это так ужасно. Так ужасно видеть, как женщины теряют себя, растворяются в тех, кто этого не достоин.

Марина крепко взяла Веру за руку и поцеловала в висок. Вера положила голову подруге на грудь и спокойно выдохнула.

– А у тебя с Пашей как, милая?

Вера вдруг встрепенулась и вспомнила, что Марина тоже едва зализала свежую рану на сердце.

– С Пашей? Я ошиблась, девочки. Думала, что смогу построить отношения с ним, но все эти его манипуляции, склоки, любовь к драме… Это очень выматывает. Я постоянно чувствовала себя уставшей. Не знаю… – Марина осторожно покачала головой, надеясь, что ее хотя бы не обсмеют. – Он будто высасывал из меня все жизненные силы. Вот с мамой тяжело, она сразу на личности переходит, осуждает, но там все понятно. А тут… Он то обнимал, то отталкивал. Я ехала домой с работы и не понимала, что меня ждет дома. Ужасное ощущение, – Марина растерянно заморгала.