Жизнь в средневековом замке

На этом празднике король (возможно, сберегая деньги из-за опасений относительно своего паломничества) не раздал праздничных одеяний своим рыцарям и домашним, хотя все его предки издавна имели обыкновение дарить королевские одежды и дорогие украшения. Королевский стол также был не столь богатым и гостеприимным, как обычно; и отныне он бесстыдно делил кров и стол с аббатами, священниками, клириками и людьми низкого состояния, пребывая с ними и выпрашивая подарки. Считались неучтивыми те люди, которые, помимо того что принимали его и домочадцев и устраивали великолепные развлечения, не удостаивали его, королеву, принца Эдуарда и придворных, всех по отдельности, великими и достойными подарками. Он даже не краснел, выпрашивая их, не так, как молят об одолжении, а так, как требуют причитающееся… А придворные и особы королевской крови не обращали внимания на подарки, если те не были роскошными и дорогими: прекрасные дворцы, золотые и серебряные кубки, ожерелья из драгоценных камней, великолепные пояса и тому подобное.

В эти двенадцать рождественских дней по улицам всех городов Европы разгуливали ряженые, которые стучались в двери домов и заходили, чтобы поплясать и поиграть в кости. Одна такая пантомима XIV века, данная в Лондоне для принца Ричарда (впоследствии Ричарда II), сына Эдуарда, Черного принца, описана Джоном Стоу: