– Ваше Святейшество, – начал Сергий, – это как крик души. Заели нас на местах… оказались мы между молотом и наковальней. Власть обвиняет в «контрреволюционности», симпатиях к Белому движению, арестовывает священников даже за самые невинные критические слова в свой адрес. А верующие требуют, чтобы священник «Богу служил», а остального не касался. В лицо миряне говорят: «Не ваше дело, какая власть на дворе и какой власти мы служим. Ваше дело службу править, да требы исправлять. А кому из вас Советы не по нраву, уходите к Деникину да Колчаку, а нас в покое оставьте, мы сами сделаем свой выбор».
– И ко мне доходят отовсюду известия о преследованиях духовенства за «политику». Причем, как сообщают, местная власть почему-то кивает на Москву, говоря: «Там в церковных правящих кругах гнездо контрреволюции, а вы, местные, с них пример берете. А раз так, то и страдания ваши поделом!» Но какое же мы с вами, члены Синода и Высшего церковного совета, «гнездо контрреволюции»?
– Мы, конечно, не «гнездо». Но факт остается фактом: аресты продолжаются и разговор с властью не получается. Меня неоднократно во Владимире в ВЧК приглашали. Всяческие мне церковные листовки, брошюрки, послания, с той стороны дошедшие, показывали. Спрашивали: «Эти авторы – иерархи, священники, миряне – члены Российской православной церкви? – Да, – отвечаю. – Патриарха Тихона признают своим главой? – Да, – отвечаю. – А почему же они ведут борьбу с нами и в политике по уши увязли? – Молчу. Они продолжают: “А вы нас убеждаете, что церковь вне политики, нейтральна”. – Молчу. Ибо трудно возразить что-либо».
– И я пытался объясниться с властями, письма писал, просьбы и разъяснения направлял… А в ответ тишина… Не верят нам… Все подозревают в связях с заграницей и белым движением, в контрах, которые якобы мы строим против советской власти.
– Ваше Святейшество, может, с каким-то посланием напрямую к пастве обратиться? Разъяснить, как духовенству быть, как к властям сушим относиться.
– Это вы в точку. Я как раз такое готовлю. Есть такая организация – Исполкомдух, обещали размножить и распространить… Хотел вчера его обсудить на заседании… не решился. – Патриарх передал Сергию несколько машинописных листков. – Но после вашего выступления решил встретиться и обговорить с вами. Прочтите.
Сергий внимательно прочитал переданное ему послание, под которым стояла дата: 8 октября, но не было еще подписи патриарха.