Читаем Жребий Пастыря. Жизнь и церковное служение патриарха Московского и всея Руси Тихона (Белавина). 1865–1925 полностью

15 июня Совнарком вновь вернулся к вопросу о Лавре. В принятом постановлении решалась судьба не только всего ее имущества, но и содержалось поручение Наркомюсту «разработать вопрос о порядке ликвидации мощей во всероссийском масштабе»[275]. Теперь уже в бывшей Троице-Сергиевой лавре был создан Сергиево-Посадский государственный историко-художественный музей-заповедник, куда в качестве экспоната были переданы мощи Сергия Радонежского [276].

Выполняя постановление Совнаркома, Наркомюст 29 июля внес в Совнарком проект циркуляра о ликвидации «святых мощей». В нем губисполкомам предлагалось, опираясь на предварительную широкую агитацию на собраниях в городах и деревнях, принять на пленумах исполкомов решения «о полной ликвидации мощей на местах»; провести их, избегая «вредной нерешительности и половинчатости мероприятий»; поместить «мертвые тела и куклы» в отделы церковной старины музеев либо «захоронить». Одновременно местным отделам юстиции предлагалось возбуждать судебное преследование в отношении лиц и организаций при обнаружении с их стороны «случаев шарлатанства, фокусничества и иных уголовных деяний, направленных к эксплуатации темноты»[277]. 30 июля Совнарком принял постановление «О ликвидации мощей», предусматривающее «ликвидацию мощей» во всероссийском масштабе, а 25 августа утвердил циркуляр Наркомюста «О ликвидации мощей», который был опубликован 27 августа.

После принятых постановления Совнаркома и циркуляра Наркомюста кампания ликвидации мощей приняла вполне организованный партийно-государственный характер: принимались соответствующие декреты и циркуляры, давались из центра разъяснения и директивы, проводились судебные процессы, связанные с вскрытием мощей[278].

Совнарком ответил патриарху Тихону на его обращение от 10 мая 1920 г., сообщив, что его обращение «оставлено без последствий» и, более того, постановление Московского губисполкома признано правильным и ему предложено в порядке циркуляра Наркомюста от 25 августа 1920 г. о ликвидации мощей «закончить ликвидацию мощей Сергия Радонежского».

10 сентября 1920 г. патриарх Тихон в послании к пастве сообщил о всех перипетиях, связанных с борьбой за Лавру и мощи

Сергия Радонежского, и признал, что отстоять их для верующих не удалось:

Ныне закрываются ворота Лавры и гаснут в ней лампады. Что же? Разве мы уже не растратили внешнее свое достояние и остались при одном холоде и голоде? Мы только носим имя, что живы, а на самом деле уже мертвы…[279]


Закрытая Троице-Сергиева лавра. 1920-е

[Из открытых источников]

<p>Белое движение и церковь</p>

Положение патриарха Тихона усугублялось тем, что по мере формирования официальные церковные органы вне пределов Советской России заявляли о своей «включенности» в состав Российской Православной церкви, признании в качестве главы церкви патриарха Тихона и полной ему подотчетности. В то же время; все эти церковные структуры, будучи политически ангажированы, выступали в поддержку действий (в том числе и военных) своих правительств против Советской России. Все это давало возможность советским властям обвинять главу Российской церкви, который должен нести ответственность за подчиненных ему церковных деятелей, в «политиканстве и двурушничестве».

К концу 1918 г. немалое число бывших членов Поместного собора оказались на Юге России, примкнули к Белому движению, создавая здесь церковные структуры, становясь «идеологами» борьбы с Советами и «красными», призывая к ней свою паству. Декрет об отделении церкви от государства был отменен, возвращаются старые порядки – церковь служит власть предержащим, а те, в свою очередь, покровительствуют ей. На огромном пространстве Урала, Сибири, Дальнего Востока, Поволжья, Юга России, на Северо-Западе и Севере России формируются антибольшевистские правительства и вооруженные силы, возникают различные новые государственные образования.

На территорию России вступают интервенционистские войска, призванные «белыми правительствами» к совместной борьбе с «красной заразой». Постепенно Советская Россия оказывается в кольце фронтов. Начинается активное и постоянное ожесточенное военное противостояние «красной» и «белой» России.

Перейти на страницу:

Все книги серии Страницы советской и российской истории

Екатерина Фурцева. Женщина во власти
Екатерина Фурцева. Женщина во власти

Екатерина Фурцева осталась в отечественной истории как «Екатерина III». Таким образом ее ассоциировали с Екатериной II и с Екатериной Дашковой, возглавлявшей Петербургскую академию наук. Начав свой путь «от станка», на вершине партийной иерархии она оказалась в переломные годы хрущевского правления.Низвержение с политического Олимпа стало для нее личной трагедией, однако путь женщины-легенды только начинался. Роль, которую ей предстояло сыграть на посту министра культуры, затмила карьерные достижения многих ее удачливых современников. Ибо ее устами власть заговорила с интеллигенцией языком не угроз и директив, а диалога и убеждения. Екатерина Фурцева по-настоящему любила свое дело и оказалась достаточно умна, чтобы отделять зерна от плевел. Некогда замечательными всходами культурная нива Страны Советов во многом обязана ей.

Сергей Сергеевич Войтиков

Биографии и Мемуары
Жуков. Танец победителя
Жуков. Танец победителя

Акт о безоговорочной капитуляции Германии был подписан в Карлсхорсте в ночь с 8 на 9 мая. По окончании официальной церемонии присутствующих поразил советский представитель маршал Жуков. Он… пустился в пляс. Танец победителя, триумф русского характера и русской воли.Не вступая в публицистические дискуссии вокруг фигуры Георгия Жукова, автор прежде всего исследует черты, которые закрепили за ним в истории высший титул – Маршала Победы. Внимательно прослежен его боевой путь до Рейхстага через самые ответственные участки фронта: те, что требовали незаурядного полководческого таланта или же несгибаемой воли.Вольно или невольно сделавшись на пике славы политической фигурой, маршал немедленно вызвал на себя подозрения в «бонапартизме» и сфабрикованные обвинения. Масштаб личности Жукова оказался слишком велик, чтобы он мог удержаться наверху государственной пирамиды. Высокие посты при Сталине и при Хрущеве чередовались опалами и закончились отставкой, которую трудно назвать почетной. К счастью, народная память более благодарна. Автор надеется, что предлагаемый роман-биография послужит ее обогащению прежде всего.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Сергей Егорович Михеенков

Андрей Громыко. Дипломат номер один
Андрей Громыко. Дипломат номер один

Андрей Андреевич входил в узкий круг тех, чьи действия влияли как на жизнь нашей страны, так и на развитие мировых событий. На протяжении четырех с лишним десятилетий от его позиции зависело очень многое, для Громыко же главное состояло в том, чтобы на всем земном шаре ни один вопрос не решался без участия Советского Союза. Однако по-настоящему его вклад до сих пор не осмыслен и не оценен.Энергия, редкая работоспособность, блестящая память, настойчивость -все это помогло Громыко стать министром. Наученный жизнью, он умело скрывал свои намерения и настроения и всегда помнил: слово – серебро, молчание – золото. Если можно ничего не говорить, то лучше и не говорить.Андрей Андреевич пробыл на посту министра иностранных дел двадцать восемь лет, поставив абсолютный рекорд для советского времени. После занял пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, формально став президентом страны. Эта должность увенчала его блистательную карьеру.Но сегодня, благодаря рассекреченным документам и свидетельствам участников событий того времени, стало известно, что на сломе эпох Андрей Андреевич намеревался занять пост генерального секретаря ЦК КПСС.Настоящая книга представляет подробный анализ государственной деятельности Громыко и его роли в истории нашего государства.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Леонид Михайлович Млечин

Николай Байбаков. Последний сталинский нарком
Николай Байбаков. Последний сталинский нарком

В истории страны Николай Байбаков остался не как многолетний председатель Госплана СССР и даже не как политический долгожитель. Настоящее имя ему — отец нефтегазового комплекса. Именно Байбакову сегодняшняя Россия обязана своим сырьевым могуществом.Байбаков работал с И. В. Сталиным, К. Е. Ворошиловым, С. М. Буденным, Л. П. Берией, Л. М. Кагановичем, В. М. Молотовым, А. И. Микояном, Н. С. Хрущевым, Г. М. Маленковым, Л. И. Брежневым, М. С. Горбачевым… Проводил знаменитую косыгинскую реформу рука об руку с ее зачинателем. Он — последний сталинский нарком. Единственный из тех наркомов, кому судьба дала в награду или в наказание увидеть Россию XXI века.Байбаков пережил крушение сталинской системы власти, крушение плановой экономики, крушение СССР. Но его вера в правильность советского устройства жизни осталась несломленной.В книге Валерия Выжутовича предпринята попытка, обратившись к архивным источникам, партийным и правительственным документам, воспоминаниям современников, показать Николая Байбакова таким, каким он был на самом деле, без «советской» или «антисоветской» ретуши.

Валерий Викторович Выжутович

Биографии и Мемуары
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже