Жуткая биология для безнадежных гуманитариев. Вампировые летучие мыши, пиявки и прочие кровососущие

Пока я смотрел, Лу закатал рукав рубашки. Я не мог не заметить, что на его предплечье было несколько круглых красных пятен, и каждое из них точно совпадало по размеру и форме с отверстием в крышке банки.

– Ох, круто… – пробормотал я.

– Раны не очень зудят, – сказал он. – И в любом случае я к этому привык.

Должно быть, он увидел, как я уставился на его руку.

– Иногда мне кажется, что я позволяю им кормиться слишком долго, – сказал он, пожав плечами.

Клещи – самые отвратительные и противные существа на свете.

Плиний Старший

То, что нехорошо для улья, не может быть хорошо для пчёл.

Марк Аврелий

8Клещи и люди

В первый раз, когда я посетил Тринидад в августе 1991 года, я взял с собой одну пару длинных хлопковых полевых брюк и пять пар шорт. Я тогда подумал: «Там каждый день жара. Кому нужны длинные штаны?»

При последующих посещениях страны или любого другого тропического региона, в котором мне довелось работать, я брал с собой одну пару шорт, предназначенных для прогулок по городу (если был город), и пять пар длинных штанов.

Причину резкого пересмотра гардероба можно объяснить одним словом: клещи. Как я выяснил, самый простой способ привлечь этих крошечных паразитов – носить короткие штаны (и сандалии) во время прогулок по любой травянистой или лесистой местности.

К сожалению, именно так я с ними и познакомился, прогуливаясь по лесным тропам за гостевым домом, где остановился. Сначала мне показалось это отличной идеей, учитывая, что стояла жара 32 ^°С, и я решил ускользнуть от своей лабораторной работы. Прогулка прошла без происшествий, в отличие от моих вечерних походов в лес. С каждой ночной прогулкой по дождевому лесу росло осознание того, что сами деревья были живы и покрыты жизнью, и эта мысль приносила с собой приступы клаустрофобии, которую невозможно описать и которая никогда не исчезала полностью.

А сейчас, в полдень, в лесу было тихо и приятно. Когда я зашёл внутрь, передо мной встал Джерард, менеджер гостевого дома. Дико забавный и невероятно обаятельный, он со своей замечательной женой Одой управлял комплексом гостевых домов на вершине горы. Единственный недостаток Джерарда заключался в том, что он ненавидел летучих мышей (что очень прескорбно для него, поскольку, вероятно, около 30 их видов патрулирует тропический лес прямо за его задней дверью).

– А где ты был, молодой человек? – спросил Джерард. (Джерард называет всех мужчин моложе 88 лет молодыми людьми.)

– Просто прогуливался, – сказал я, стараясь не испачкать изысканно отполированный деревянный пол.

Джерард бросил на меня испытывающий взгляд.

– Ну хорошо, – сказал он, бросая меня в поисках более интеллигентной компании.

На следующий день я проснулся и обнаружил, что не все лесные существа были неактивны во время моей опрометчивой прогулки. Посмотрев вниз, я увидел полосу зудящих красных точек вокруг моей талии.

Приняв горячий душ, я намазал точки лосьоном от ожогов, но, как ни странно, зуд только усилился, так что к вечеру я использовал почти всю бутылку, демонстрируя самоконтроль наркомана.

Смутившись, я решил сохранить свой новый «красный пояс» в секрете.

– Я слышал, тебя покусали чиггеры, – сказал мой наставник Джон Хермансон за завтраком.

«Отлично», – подумал я.

– Да нет проблем, – заявил я с таким безрассудством, каким только мог. – Я чувствую себя намного лучше.

– Это хорошо, – проговорил он, возвращаясь к своему завтраку. – Потому что они, вероятно, арестуют тебя, если ты будешь так усердно чесаться о стол.

В течение следующих нескольких дней сыпь усилилась, так же как и моё желание чесаться. Я пытался проявить творческий подход, представляя, как бы справился с этим, если бы оказался на каком-то острове. Я обнаружил, что, зацепив большие пальцы за пряжки ремня, можно чесать все укусы одновременно.

Важное, что я узнал: длинные брюки, заправленные в ботинки, помогают избежать укусов. А сверхлёгкая рубашка с длинными рукавами защищает верх. Ключевым моментом, однако, было не бродить по лесу в самую жаркую, влажную часть дня.

Позднее я установил, что зуд и покраснение, от которых я страдал, были одним из видов дерматита, который называется тромбидиоз. Мне очень повезло, что чиггеры в Тринидаде не передавали какую-то неприятную бактериальную инфекцию и зуд прошёл через шесть дней. Если бы я ходил по кустам в Юго-Восточной Азии или в южной части Тихого океана, я бы рисковал заразиться речной лихорадкой от чиггеров вида Leptothrombidium akamushi. Японцы впервые описали этого крошечного членистоногого более двух тысяч лет назад (акамуши по-японски означает что-то вроде «опасный жук»), и, хотя Leptothrombidium akamushi не является жуком или даже насекомым, его укус может передавать потенциально смертельную бактерию для человека.