Золотой век Бразилии. От заокеанской колонии к процветающему государству. 1695—1750

Мы уже говорили, что предпринимаемые короной усилия ограничить власть крупных землевладельцев путем сокращения площади земельных наделов были в целом малоуспешными. Гомеш Фрейре де Андрада опубликовал подробный отчет о количестве и состоянии земельных наделов, который был составлен им во время его длительного правления в Минас-Жерайсе и Южной Бразилии. Как следует из этих данных, владельцы пограничных наделов должны были по обоюдному согласию провести в течение года границы необрабатываемых земель, а возделываемых – в течение двух лет. Если через земельные владения протекала река, земля на обоих ее берегах не должна была возделываться на расстоянии половины лиги от ее русла, чтобы обеспечить право проезда для путников и путешествующих. Находившиеся в общественном пользовании пешеходные тропы запрещалось закрывать или каким-либо иным способом препятствовать проходу по ним. В случае обнаружения золота или другого полезного ископаемого на частных землях землевладелец не имел права препятствовать старателю в разработке месторождения, согласно положениям горного кодекса. Дарованный земельный надел не мог быть завещан монашескому ордену, а в случае сдачи его в аренду любому представителю церкви за него требовалось платить десятину, как это делал любой мирянин. На подтверждение акта дарения короной земельного владения выделялось четыре года, и, если сопутствующие условия не соблюдались, дарение считалось недействительным и земельный надел подлежал перераспределению.

Гомеш Фрейре де Андрада предпринял также ряд других важных начинаний. В частности, ограничил беспорядочную вырубку лесов и принял меры по охране деревьев с ценной древесиной. В тех регионах, где каноэ были основным видом транспорта, для их изготовления использовались заранее намеченные деревья на лесосеках. Все больше людей начинали заниматься сельским хозяйством, обещавшим большие прибыли, предпочитая его непредсказуемой и опасной работе в горнодобывающей отрасли, в частности в добыче золота. Нет никакого сомнения, что этому «возвращению к земле» способствовало лесное законодательство Гомеша Фрейре.

Несмотря на продолжавшийся завоз скота в Минас-Жерайс из дальних мест, таких как Пиауи, в сентябре 1736 г. Мартинью де Мендонса заявил, что на местных ранчо отмечался прирост в 20 тысяч голов скота в год. Так как после 1716 г. власти начали взимать налог в одну драхму золота за голову скота, это приносило большой доход короне, невзирая на то, что в отдаленных районах сертана многие фермеры уклонялись от уплаты налога. Развитие коневодства в Минас-Жерайсе не отставало от скотоводства. К 1725 г. вьючные лошади и мулы пришли на смену неграм и индейцам, переносившим грузы между Рио-де-Жанейро и золотодобывающими городами Серра-ду-Эс-пиньясу.

Обременительная монопольно-контрактная система продолжала действовать в Минас-Жерайсе и Южной Бразилии во время правления Гомеша де Андрада. Самые важные контракты заключались с целью сбора налогов на импорт и королевской десятины. Постепенно, начиная с 1728 г., стала формироваться тенденция к объединению региональных контрактов, что наглядно видно на примере налога на соль. Существовал один контракт для всего государства Бразилии (1732 г.) вплоть до отмены монополии на соль в 1801 г. Монопольные контракты не ограничивались такими основными товарами, как соль, сахарный тростник, вино, оливковое масло, китовый жир, табак. Они распространялись на налоги от торговли рабами, завозимыми в Минас-Жерайс, и шкурами, экспортируемыми из Сакраменто. Даже медицинское обслуживание драгунов Минас-Жерайса отдавалось на откуп местному врачу в обмен на ежегодную плату наличными короне. Королевский указ 1706 г. ограничивал максимальное количество участников контрактного соглашения в 3–4 человека, однако это положение, по-видимому, соблюдалось не всегда.