Золотой век Бразилии. От заокеанской колонии к процветающему государству. 1695—1750

Как и многие другие иностранцы, посетившие Бразилию, этот неизвестный француз усердно критиковал лень и распутное поведение бразильских португальцев. Он противопоставлял их предкам XV столетия, «которые, несмотря на тысячи опасностей, проложили путь в Новый мир и впервые подали пример его завоевания всей Европе». Он был удивлен отсталостью местного сельского хозяйства, одновременно признав, что имелось изобилие фруктов и овощей всех видов и замечательного качества. Было также много различных видов рыбы, которая была основным рационом питания рабов, только для них оставались одни ее отбросы. Можно было легко приобрести говядину, баранину и свинину, но мясо было не самого лучшего качества, в то время как в изобилии была мелкая птица – куры, утки, гуси, но продавались они недешево. Француз отметил контраст между тем, как довольно скромно питались горожане, и их показной роскошью в одежде. «Португальцы закупают продукты и портвейн в бакалейной лавке, в чем проявляется их умеренность в еде», но одновременно они приобретали «самые разные шелковые и другие модные ткани, затканные золотой и серебряной нитью, и различные иные товары, произведенные в основном на мануфактурах Франции». Он писал, что город имел иррегулярную застройку, в плане напоминая квадрат, протяженностью по периметру максимум в половину лиги. «Дома имели невзрачный вид, почти все они были одноэтажными».

Этот краткий рассказ француза о Рио-де-Жанейро 1748 г., хотя и верный в целом, в некотором роде несправедлив в отношении как к горожанам, так и к самому городу. Например, в нем не упоминаются богато декорированные церкви и внушительные общественные здания. Некоторые из них уже существовали тогда, а другие находились в процессе строительства. Если многие горожане были ленивы и развратны, этого нельзя было сказать обо всех. По крайней мере, об их губернаторе Гомеше Фрейре де Андрада. Француз охарактеризовал его как умного и блестящего вельможу, который был также особенно энергичным администратором. О его неутомимой деятельности на королевской службе и преданности королю свидетельствует официальная переписка и его значительные достижения. Он управлял в этот период обширной территорией Бразилии и был больше чем вице-королем Баии. Время от времени он отправлялся в поездки по подвластной ему территории и был столь же узнаваемой личностью не только в Рио-де-Жанейро, но и в Оуру-Прету и Тижуку. Чем бы ни занимался де Андрада – от сбора королевского налога на золото и выделения земельных наделов до строительства фортификационных сооружений и организации общественных работ, – он не щадил ни себя, ни своих подчиненных. Он часто работал по ночам над деловой документацией, проводя рабочий день в арсенале или за письменным столом.

Также несправедливой выглядит скептическая оценка заезжего француза профессиональных способностей офицеров гарнизона. Было общепризнанным мнением, что португальские офицеры имели недостаточный опыт военной службы; но ранее мы наблюдали, что бывали исключения, чему ярким примером служил гарнизон Рио-де-Жанейро. Андре Рибейру Коутинью, ветеран войн в Венгрии и Португальской Индии, один из главных участников обороны Сакраменто и первопроходец в Риу-Гранди-ду-Сул, был автором учебника по военной подготовке. В нем, в частности, проводился критический разбор сражения при Фонтенуа (1745). Жозе да Силва Паеш, другой защитник Сакраменто и поселенец на землях Риу-Гранди и Санта-Катарины, осуществил ряд инженерных проектов в Португалии и Бразилии. Жозе Фернандеш Пинту Алпоин был автором технических нововведений в области осадной и полевой артиллерии и, кроме того, архитектором-организатором общественных работ в Рио-де-Жанейро и Минас-Жерайсе. Труды Рибейру Коутинью и Пинту Алпоина, написанные в Рио-де-Жанейро, были опубликованы в Европе, так как королевские власти отказались дать разрешение на открытие типографии в Бразилии. Некий предприимчивый типограф из Лиссабона, который переехал в Рио с печатным станком в 1746 г., был вынужден вернуться в Португалию, не успев напечатать даже несколько памфлетов. Все упомянутые нами профессиональные военные с большим опытом были соратниками Гомеша Фрейре, который сам был ветераном войн во Фландрии и на полуострове. Вряд ли можно оспорить справедливость изречения Фридриха Великого: «Армия – это прежде всего ее офицеры» или высказывание Наполеона: «Нет плохих солдат, есть плохие офицеры». Наличие таких талантливых старших командиров было гарантией высокой подготовки гарнизона Рио в 1740-х гг. Во всяком случае, когда спустя несколько лет испанцы встретились с гренадерами Гомеша Фрейре в Уругвае, они, можно полагать, были впечатлены выучкой и дисциплиной португальско-бразильских солдат.