Золотой век Бразилии. От заокеанской колонии к процветающему государству. 1695—1750

Направлявшиеся на родину португальские суда, которые на обратном пути из Гоа и Макао регулярно заходили в Баию, были одними из самых злостных нарушителей королевского указа. Посетивший в 1730 г. Бразилию французский путешественник писал, что «повсюду продаются товары из Китая с большой прибылью», и существует множество современных свидетельств, подтверждающих это наблюдение. Все попытки покончить с процветавшей контрабандной торговлей провалились. Не в последнюю очередь и потому, что вооруженная охрана, находившаяся на борту торговых судов и призванная бороться с ней, «сама самым наглым и скандальным образом переправляла тайно товары с кораблей на берег». Прославленный французский морской офицер и колониальный администратор Маэ де ля Бурдонне в 1729 г. отправил для продажи в Баию на борту португальского корабля «Nossa Senhora da Apparecida» партию индийского текстиля. Прежде он заручился согласием на это у вице-короля Гоа. Товар был продан с большим убытком, но, вероятно, в этом был виноват французский лоцман, которому Бурдонне доверил осуществить сделку. Это был один из характерных случаев в оживленной торговле между Гоа и Баией, которая продолжалась, несмотря на ее запрет.

Одним из аргументов, приводившихся в поддержку торговли Баии с Уидой, был тот факт, что все доходы от нее оставались в руках бразильских португальцев. Торговые связи с Европой, как указывали граф Сабугоза и граф Галвеаш, во многом контролировали англичане и другие иностранные купцы, действовавшие через португальских агентов в бразильских портах. Это мнение разделял и француз Бурдонне, который писал о бразильском флоте в 1730 г., что его «используют в своих интересах обычно иностранцы, а португальцам остается только получать комиссионные вознаграждения». Мрачные оценки, несомненно, были преувеличенными, но в них было много правды. Источником постоянного раздражения для португальцев и удовлетворения для англичан было видеть, как богатства Бразилии уходили через Лиссабон в Англию. Лондонские газеты регулярно сообщали о прибытии больших партий бразильского золота. Нельзя назвать точную цифру поставленного золота, но можно предположить с большой долей вероятности, что от половины до ³/₄ драгоценного металла, который поступал ежегодно в Португалию (1200 арроб), вскоре оказывалось в Англии.

В результате целого ряда договоров, заключенных во второй половине XVII в. с Англией и Республикой Соединенных провинций, португальское правительство было вынуждено дать разрешение четырем купеческим семействам из каждой страны поселиться в Байе и Рио-де-Жанейро. На эту вынужденную уступку очень неохотно согласился португальский король, и власть всегда была готова пресечь любое поползновение увеличить их количество. Любая попытка увеличить объемы вполне законной торговли с иностранцами вызывала неприятие в Лиссабоне и Байе. Когда английская Королевская Африканская компания попыталась выяснить у британского посла в Лиссабоне, возможно ли заключить контракт на покупку рабов с Бразилией, лорд Тироули обещал помочь. Однако предупредил лорда Ньюкасла, что англичане должны действовать осторожно в отношениях с бразильцами, которые весьма неохотно позволяют иностранцам торговать в своих владениях.

Принимая во внимание подозрительное отношение к себе местных властей, эти несколько иностранных семей, получивших привилегию поселиться в Байе, имели небольшие шансы укорениться здесь и достичь процветания. Уильям Дампир во время посещения Баии отмечал, что мистер Кок был в то время единственным английским купцом в городе: «Он получил полномочия английского консула, но не исполнял никаких публичных обязанностей; пробыв здесь 11 или 12 лет, он так и остался никем». Тем не менее, хотя в Байе жители с крайним подозрением и завистью смотрели на чужаков, в Бразилии было много иностранцев, которые оставались здесь на постоянное жительство. В первую очередь это были моряки-иностранцы, которых было много на бразильских судах. Об этом, в частности, сообщал брат Мартин Нантский в 1671 г. Большинство из них были или стали католиками, но было и несколько еретиков, занимавших официальные посты, как, например, французский гугенот Жан Массе, офицер и инженер, который приехал в Баию с маркизом Анжежа и остался там до конца своей жизни.