Золотой век Бразилии. От заокеанской колонии к процветающему государству. 1695—1750

Я не собираюсь утверждать, что португальцы были единственным народом, которых беспокоила проблема бедности. Историк Джордж Кларк привел данные 1688 г., согласно которым из всего населения Англии в пять с половиной миллионов человек не менее чем миллион с четвертью считались «бродягами и бедняками». Испания и Италия, не говоря уже о таких зажиточных странах, как Франция и Республика Соединенных провинций, также сталкивались в той или иной степени с подобной проблемой. Однако из официальной корреспонденции и рассказов путешественников явствует, что уровень бедности в Португальской империи был особенно высок. С другой стороны, бразильский историк и философ Каю Праду Жуниор в своей книге «Формирование современной Бразилии» утверждает, что вольная жизнь в колонии, которая породила эту массу нищих бродяг, привела в итоге к положительному результату. Она способствовала относительно мирному слиянию в Бразилии трех рас – европейской, африканской и индейской, которые сильно различались в этническом отношении и в своем положении в колониальном обществе.

Вопреки всем утверждениям, что корона и колониальные власти не раз предпринимали попытки справиться с проблемой, все это были полумеры, и окончательно решить ее они не могли. Власти понимали, что положительным ответом был бы законный брак и надежный дом, но холостяки в Минас-Жерайсе (и в других местах) предпочитали вести беспорядочный образ жизни, и достойных жен было трудно найти из-за перечисленных нами причин. В 1721 г. из Лиссабона пришел указ, требовавший от местных властей открывать школы в каждом городе и содержать при них пару учителей: одного преподавателя латыни и второго для обучения детей письму, чтению и арифметике. Оплачивать этих учителей должны были родители учеников. Какие-то результаты это принесло, но образование так и осталось начальным. В 1753 г. первый епископ Марианы попросил разрешить ему привлечь четырех иезуитов для преподавания в недавно открытой семинарии, так как один преподававший в ней иезуит не справлялся со своей работой. В то время как жители Минас-Жерайса желали видеть своих сыновей образованными. Именно поэтому Гомеш Фрейре де Андрада искренне писал королю: «При выборе из двух зол – так и оставить сыновей местных жителей менее образованными или разрешить здесь деятельность монашеских орденов и колледжей – первое зло мне кажется меньшим. Вам решать, ваше величество». Король Жозе дал временное разрешение нескольким иезуитам преподавать в Мариане, но несколько лет спустя под влиянием маркиза Помбала отозвал его.

Одним из методов противодействия дальнейшей метисации в Минас-Жерайсе была депортация в Анголу самых злостных правонарушителей; подобным образом поступали и в других капитаниях. Другой часто применявшейся мерой было зачисление свободных мулатов, негров, индейцев и полукровок в вооруженные отряды под командованием так называемых capitães do mato (дословно – «капитаны леса»), которые прочесывали леса в поисках сбежавших негров-рабов. Эти командиры из Минас-Жерайса получали вознаграждение золотом за каждого пойманного раба по скользящей шкале. Принималось во внимание пройденное ими расстояние и время, потраченное на розыски. После поимки негров сажали в местную тюрьму и затем, после получения от их хозяев денежного вознаграждения, возвращали их им. Указ 1722 г. обязывал capitães do mato не прибегать к избыточной жестокости при поимке сбежавшего раба, но на это распоряжение обычно не обращали внимания. На командиров часто поступали жалобы по той простой причине, что они нередко хватали на улицах ни в чем не повинных негров-рабов, когда те отправлялись выполнять поручения своих хозяев, и только после получения от них денежной суммы рабов отпускали. Капитаны также удерживали у себя беглых рабов в течение длительного времени, заставляя их работать на себя, прежде чем оповещали их настоящих хозяев.