Золотой век Бразилии. От заокеанской колонии к процветающему государству. 1695—1750

Свободные негры, мулаты и индейцы не могли обладать летальным оружием, им выдавали его, только когда их привлекали к участию в карательных экспедициях и в мероприятиях по поимке сбежавших рабов. Естественно, было трудно добиться соблюдения этого закона, несмотря на жестокие наказания для его нарушителей: сто ударов плетью за первое нарушение и двести – за второе. Законы, запрещавшие принимать мулатов на административные должности, были, вне сомнения, причиной безработицы среди полукровок. Но этот факт король и колониальные власти никак не могли признать прямо. В 1733 г. губернатору Минас-Жерайса было приказано провести секретное расследование о количестве свободных негров и мулатов; последние, как утверждалось, пользовались «исключительной свободой». Служба в милиции давала им работу и возможность применения их бьющей через край энергии. Но, в общем и целом, колониальные власти никогда не переставали смотреть на пролетарских членов этого класса с неодобрением и подозрительностью. Очень похожая ситуация сложилась в Испанской Америке, где уголовное законодательство и ограничительные меры часто использовались против мулатов и людей с негритянской кровью.

Одной из главных обязанностей «капитанов леса» был поиск и уничтожение поселений беглых негров-рабов (quilombos), которые были обустроены в сертане. Обычно они располагались в труднодоступных и отдаленных местах, вдали от городов и основных дорог. Часто это были большие деревни с несколькими сотнями жителей. Изредка жители такого поселения делали вылазки. Обычно они устраивали засады на конвои, в составе которых были пассажиры и товары, или совершали набеги на отдельные фермы и плантации в поисках новых бойцов и женщин. Они также занимались выращиванием зерновых культур и разводили скот для удовлетворения собственных потребностей. Конечно, эти поселения играли роль настоящего магнита для всех рабов, которые намеревались совершить побег. Некоторые поселения, прежде чем их находили, существовали годами. В 1759 г. во время одной карательной экспедиции были обнаружены дети 12 лет, которые были воспитаны и выросли в джунглях. Тем не менее со временем все эти поселения были найдены и разрушены. Тем неграм, которые сопротивлялись при аресте, капитаны отрубали голову, а затем предъявляли ее властям для получения вознаграждения.

«Какие меры должны быть приняты против беглых рабов?» – таким был основной вопрос в Минас-Жерайсе на протяжении всего XVIII в. В марте 1741 г. в ответ на обращение рабочих с приисков был принят указ, согласно которому все те негры, «которые будут пойманы в поселениях беглых рабов, где они самовольно проживают, получат клеймо на плече – букву F». Предписывалось иметь в каждом муниципальном совете железный инструмент для нанесения клейма. Тем, кто бежал вторично, отрезали ухо. Третья попытка обычно каралась смертной казнью. Все равно побеги негров-рабов продолжались и множились. Рабы часто шли на риск, несмотря на опасность быть пойманными и забитыми до смерти. Они гордились своим клеймом, рассматривая его как знак доблести, а не позора. Наконец, властям поступило предложение: всем беглым и пойманным рабам надрезать ахиллово сухожилие на одной ноге. Это могло помешать им бежать, но выходить на работу, кое-как ковыляя, они точно смогли бы. Автор этой позорной идеи заявил, что достаточно будет покалечить подобным образом несколько сот человек, и ни один раб в Минас-Жерайсе не осмелится больше бежать. Он также предложил широко использовать индейцев тапуйя вместо свободных мулатов для поимки рабов-беглецов, поскольку они были обитателями лесных чащоб, хорошо знавших местность, и их больше всего боялись негры.