Золотой век Венецианской республики. Завоеватели, торговцы и первые банкиры Европы

Кроме того, свод отражал перемену отношения общества к судоходству по сравнению с годами, когда дожем был Раньери Дзено. В нем подразумевалось более резкое разделение работников и капиталистов, которых даже так и называли «капиталистами». Права акционеров оговаривались очень подробно и четко отделялись от прав капитана (патрона), который теперь считался служащим на жалованье, а не одним из владельцев. Некоторые положения напоминают те дни, когда члены команды считались почти партнерами в ходе плавания и торговых предприятий. Оговаривалось право каждого моряка на провоз определенного количества груза. Из рейса за пределами Венецианского залива официально зарегистрированный моряк, занимавший хорошее положение, мог привезти бесплатно и беспошлинно два бочонка вина, четыре 50-фунтовые полутуши солонины, четыре круга сыра, не превышающие по весу 50 фунтов, товаров на 10 дукатов и, из некоторых рейсов, ограниченное количество оливкового масла. Но одна статья оговаривала, что эти товары считаются помощью для содержания его семьи! Чтобы моряки не проносили другие товары, не платя пошлины, в своде запрещался провоз моряками других товаров или занятия коммерцией. Однако, по сводкам венецианских консулов, венецианские моряки печально славились любовью к контрабанде. Они часто превращали весь корабль в своего рода базар, как только судно входило в порт, чего не стыдились капитаны венецианских галер в Александрии за 200 лет до того.

Матросы, капитаны и судовладельцы должны были вступать в морской цех, Скуола деи маринери ди Сан-Николо, основанный в 1573 году. На взносы, собираемые в разных количествах со своих членов, скуола содержала больницу для моряков и осуществляла обычные цеховые функции, например отправление религиозных обрядов. Цех снабжал «судовыми инспекторами» (сюрвейорами), признанными годными к работе, суда перед тем, как они выходили из порта. Скуола также лоббировала создание рабочих мест для своих членов и их освобождение от уплаты таможенных пошлин, но ее деятельность в XVIII веке была подчинена магистратам по военно-морскому персоналу.

И в военно-морском флоте Венеции в 80-х годах XVIII века также наблюдалось возрождение. Чтобы обеспечить соблюдение условий договоров со странами Северной Африки, венецианский военный флот в 60-х годах XVIII века устраивал демонстративные вояжи близ Триполи и Алжира, а в 1780-х годах атаковал Тунис. В ходе этих экспедиций Анджело Эмо, последний знаменитый венецианский адмирал, выказал способности, которые ранее были распространены среди аристократов, но со временем стали такой редкостью, что вызывали сенсацию. Потомок прославленного рода, с детства мечтавший о кораблях и море, после службы курсантом Эмо, которому едва исполнилось 24 года, получил под свое начало линейный корабль. Командуя конвоем в Лиссабон в 1758 году, он завоевал доброе имя, выказав храбрость и решительность во время шторма в Атлантике и благодаря изобретательному применению импровизированных замен, когда у его корабля оторвало руль. При бомбардировке Туниса в 1785 году он изобрел плавучие батареи, плоты или понтоны, сделанные из рангоута и бочек и способные перевозить тяжелые орудия, защищенные парапетами из мешков с песком. Его достижения вдохнули в Арсенал новую жизнь. После заключения мира с турками в 1718 году работа в Арсенале почти прекратилась; достройка начатых кораблей постоянно откладывалась. Отдельные корабли строились на протяжении 55 лет. Эмо так стимулировал работы, что в 1780-х годах стали закладывать новые корабли. В 1792 году, после его смерти, во флоте, с которым он курсировал между Сицилией и Тунисом, насчитывалось 4 корабля первого класса, или линейных, 2 тяжелых фрегата, 4 легких фрегата, 3 транспортных фрегата и 26 более мелких парусников или гребных судов.

До тех пор пока венецианский военный флот, торговый флот и сама республика не были уничтожены в ходе Наполеоновских войн, Венеция по-прежнему оставалась ведущим портом и оживленным центром кораблестроения и судоходства на Адриатике.

Глава 29. Гибель республики

Почти 80 лет, с 1718 по 1797 год, пока крупные европейские державы были заняты масштабными войнами, Венеция наслаждалась миром (если не считать борьбы с пиратами). Можно было бы ожидать, что венецианских государственных деятелей похвалят за то, что им удалось избежать ужасов войны, особенно в свете достигнутого Венецией в те годы в музыке, литературе и изобразительном искусстве; однако историки навесили на венецианский XVIII век ярлык упадка. С этим в то время были согласны сами венецианцы, которые считали, что не делали того, что совершили их предки. Современные историки называют тот период упадочным потому, что венецианцы были слишком озабочены подражанием предкам, и потому, что не создавали новые институты, которые вносили бы свой вклад в будущее итальянского народа.

Экономика не в упадке