100 лет жизни. Истории ровесниц века, вдохновляющие жить полной жизнью

– В детях, конечно. Вся забота была только о них, чтобы у них все было хорошо: «Только учитесь, ребята. Работать буду до старости лет, только учитися». Но сын не захотел учиться. Да и дочка замуж поторопилась. Но живут хорошо. И она всю жизнь мечтала дом построить. Когда наш барак сносили, она все плакала, как было хорошо, где они детство провели. И я-то плакала. И вот когда уже ее дети институты закончили, только собрались с мужем строить.

Но основное – это беречь здоровье. Работать надо, стараться, но здоровье тоже надо поддерживать, не перегружаться. И самое главное, чтобы мирье было. Когда в семье мирье, тогда все хорошо, лучше и быть не может. Так и молодежи говорю.

– За новостями следите?

– Да. Я в курсе новостей. Политические не очень газеты люблю, а местную, ржевскую, постоянно читаю. Все-таки у нас мэр города – молодец, много работает, старается. И дороги нам отремонтировал. А людям что ни сделаешь – всем недовольны. А все потому, что сами не хотят работать. У меня подвал такой хороший был, и я его чистила. Идет мимо молодой человек, говорит: «Бабуль, давай я тебе помогу, а ты мне заплатишь». А я ему: «Иди на завод, там больше платят, а здесь я сама все сделаю». Во какие, не хотят работать. А я перегрузила столько грузу, ни один трактор, наверное, столько не перевозил. И Господь дал: вот до ста лет дожила.

– Вы нравились себе в молодости?

– А кто сам себе нравится? Мне кажется, что никто! Ну одеться хорошо всегда хотелось. Я сейчас смотрю, у меня целый шкаф платьев, костюмов, а одеться – куда я уже пойду? А в молодости не было вещей. Одно платье было, и жалеешь его незнамо как!

– Как ухаживали за собой?

– Грязная я не хожу, не люблю грязной ходить.

– Я имею в виду, кремами пользовались? От морщин, например.

– Мажусь, а как же. Мне внучка привозит, я всегда на ночь кремами мажу лицо и днем мажусь. Это я люблю.

– Что вам дает силы и энергию?

– Да когда как. То есть силы, то нет. На старости лет, чтобы давление не поднималось, заставляю себя не нервничать. Хоть что делай, хоть песни пой. Возьму и песню какую-нибудь затяну. Сын уйдет из дома, я и песни попою. (Смеется).

– Это чтобы не нервничать, песни поете?

– Да-да. А то нервы расходятся. Скучно, поговорить не с кем. Отвлекать тоже лишний раз не будешь. Я дочке часто звоню, а сын ругается, говорит: «Что ты ей названиваешь, как будто она сидит и ничего не делает целыми днями». Позвоню, а она что-нибудь пересаживает или готовит в этот момент. Поболтать мне хочется, сын со мной мало разговаривает.

Дети, конечно, силы придают. Радуешься, что они хорошо живут. Семья, внуки. У Любы, у дочки, внучок маленький, так радость его повидать. Такой говорун, что ты! И песни споет, и «Калинку» – все что хочешь. Бывало, придет в гости, только и смеемся. Но в следующий раз надо обязательно сказать, чтобы его папа вниз головой не таскал – детей нельзя так!

– Присматриваете за всеми?

– А как же!

– Вы всегда жили с ощущением, что жить хорошо?

– Да. И когда трудно было, никогда не унывала. Только говорила, что Господь дал… Господь терпел и нам велел. Мало ли что придет, какая трудность, а что делать? Вот так.

Но от жизни никогда не устаю. Вот, будете писать, так и напишите. Чтобы я от жизни уставала? Никогда! Работать надо, стараться, и все проходит. Сидишь и думаешь другой раз: вот пошел бы в огород, что-то поделал бы. Так что никогда не надо от жизни уставать, надо вставать и трудиться. Пока силы есть. Я и сейчас, как сын уйдет, встану, думаю: «Дай-ко я подотру полы». Правда, вспотею, замучаюсь. Все равно хорошо. Лягу, почитаю. Обошлось!

– Какое время в жизни вы считаете самым счастливым?

– Самое счастливое время – сейчас. Здоровая, с близкими и все еще жива! А что прошло, да господь с ним. Только худое осталось в башке и каждый раз вспоминается. А в целом все у меня в жизни было хорошо. Все хочу узнать. Никогда о смерти не думаю. Очень редко, когда уж совсем тяжело станет. Когда с давлением мучилась, думала, что все, пришло мое время…

– Остались у вас мечты?

– Чтобы, если припрет, так не мучиться. Раз – и умерла. А еще правнуков женить и на свадьбе их погулять. И всех увидать. Вот у дочки свадьба была золотая, внучки приезжали. А я плохо себя чувствовала и не поехала. Теперь жалею. Внуки получили высшее образование, все работают.

– Вы прожили счастливую жизнь?

– Особо плохой не было. Трудности были. А счастье какое? Жили бы с мужем вместе, было бы полегче. Но не суждено, значит, не суждено. Счастье, когда муж с женой доживают вместе до самой смерти. Это тоже надо иметь счастье, одной всегда плохо. Как бы хорошо обо мне ни заботились, а откровенно поговорить не с кем. А тут и поругаешься, и по-хорошему поговоришь, всякое бывает.

А вот жить все равно, доча, хочется. Ложусь спать – слава тебе господи! Ночь прошла – я жива, все живы-здоровы, слава тебе господи. И все. Все равно жить хочется. Сколько даровано.

Оксана Булавская, клинический психолог