100 лет жизни. Истории ровесниц века, вдохновляющие жить полной жизнью

Победа в этих краях, побывавших под гнетом озверевшего врага, имела особую ценность. И радость от окончания войны была выстрадана каждой клеточкой.

– Все радовались! Как можно было не радоваться?! – вспоминает Ксения день, когда стало известно о нашей победе. Но это, как и для всего советского народа, была радость со слезами на глазах. Ксения радовалась, что два брата пришли с фронта живыми; один, правда, без руки, но живой же! А плакала 27-летняя женщина (это сейчас мы ощущаем себя девушками в свои 30, а после войны все были женщинами, независимо от возраста) о сестрах.

– Одну сестру калмыки расстреляли: они были заодно с немцами. Еще одну сестру покалечили: привязали к лошади, чтобы выдала партизан, – бабушка Ксения до сих пор слезы утирает, вспоминая о войне. Их поколение уж точно фашизм ненавидело и разницы между нацистами и немцами по понятным причинам не делало.

«Мой спорт – это труд»

– Я просыпаюсь около пяти утра, иду в ванну умываться. Потом причесываюсь, наношу крем, волоски лишние повыщипываю. Косынку надеваю и только после этого уже выхожу к завтраку. Стираю за собой сама – не сыну же за мной белье стирать?! Несколько раз в неделю приходят соцработницы, помогают помыться в ванной получше, а в остальном я справляюсь одна. На завтра вот заказала парикмахера, придет мне навести красоту. Раньше делала прическу, химическую завивку, а теперь просто стригусь под каре.

Вот лично я никогда бы не поверила, что это монолог 103-летней бабушки, если бы не знала доподлинно, сколько ей лет. Умеют же все-таки удивлять люди старой закалки! Ничто их не ломает, и не потому что гибкие – закаленные, как сталь. Особенно бабушки. По моим наблюдениям, среди них больше долгожителей. Да, собственно, и мировая статистика подтверждает, что мужчины живут меньше.

Впрочем, в случае с Ксенией не все так однозначно.

– Генетика, определенно! – без сомнений заявляет она, когда речь заходит о причинах ее такой на редкость долгой жизни. – Мама тоже долго жила, умерла в девяносто два года, но она несколько лет была парализована. Брат матери дожил до девяноста трех лет, – но подумав, моя собеседница смягчает свою категоричность и добавляет: – Но все дело, наверное, в труде и здоровой пище. Если кусочек мяса, то самый лучший, если фрукт, то самый красивый – еду я всегда старалась выбирать самую качественную. Но во всем придерживалась принципа: «Все хорошо, но в меру: и в работе, и в отдыхе, и в питании».

Про меру в труде бабушка все-таки лукавит: до 80 лет ведь работала! Последние годы больше, как она выразилась, с молодежью – дежурной в общежитии и во Дворце спорта.

– Я и сейчас, – уточняет долгожительница, – стараюсь занимать себя работой по дому: картошку чищу, во дворе прибираюсь. Готовит в основном сын, но иногда он просит налепить пельменей или вареников, и я не отказываю. Зимой на улицу не выхожу, дома читаю газеты. Спортом и зарядкой я никогда не занималась. Мой спорт – это труд. Мне было восемьдесят лет, а сын не успевал за мной.

И я верю: сын Ксении прислал видео, на котором видно, как бабушка убирает около дома и плетет косичку из лука – и как ловко у нее получается в ее-то годы!

«Я на диетах никогда не сидела, как это модно сейчас»

Сейчас долгожительница живет с сыном – младшим, 70-летним. Хотя сама она по-другому считает, говорит, что сын с ней живет:

– Он родился в 1950 году. С разницей в одиннадцать с половиной лет со старшим сыном. У нас долго не было детей после первенца. Хотели, но не получалось, а потом вот откуда-то он взялся… Муж умер рано, в 75-м году. Мне было пятьдесят восемь лет, но замуж я больше не вышла. Женихи были, но я решила: одного похоронила, а других мне не надо – зачем? Часто вспоминаю его и сейчас, перелистываю альбом. Долгое время я жила одна, привыкла все решения принимать сама. Сейчас непросто с сыном, потому что у него свои порядки.

И все же грех бабушке жаловаться: сын у нее, похоже, очень хозяйственный, хлопотливый, умеет то, в чем не всякая женщина искусна. По словам долгожительницы, готовит очень вкусно, особенно ему удаются холодец и жаркое.

– Я на диетах никогда не сидела, как это модно сейчас, – не без гордости заявляет мне стройная долгожительница. – Я и сейчас питаюсь всем. Очень люблю сладости. Мороженое люблю.

Да и вообще ровесница революции считает, что именно сейчас она живет лучше всего:

– У меня все есть, жизнь сейчас у меня хорошая: тепло, за мной ухаживают, телевизор смотрю. Жаль только, что годы прошли…

«Жить хорошо!»

В отличие от некоторых других долгожительниц, потерявших на вековом рубеже вкус к жизни, бабушка Ксения довольно четко и не задумываясь ответила на мой вопрос о своей мечте. У нее она, как оказалось, даже не одна.