125 писательских техник. Пособие для авторов художественной литературы

У читателя в голове формируется образ героя (включая глаза), и неважно, описываете вы его или нет. Я предпочитаю описывать главных и ярких второстепенных персонажей. Большинству незначительных героев и мелких сошек (одноразовым персонажам на одну сцену – официантам и швейцарам) подробные портреты обычно не нужны.

Решив обрисовать глаза героя, мы, как правило, в первую очередь думаем про цвет. В голову приходит что-нибудь в духе «у нее были голубые глаза, на ней было желтое платье». Функционально, но в памяти не откладывается. Куда более сочно смотрится знаменитое начало романа Маргарет Митчелл «Унесенные ветром»:

«Скарлетт О’Хара не была красавицей, но мужчины вряд ли отдавали себе в этом отчет, если они, подобно близнецам Тарлтонам, становились жертвами ее чар. Очень уж причудливо сочетались в ее лице утонченные черты матери – местной аристократки французского происхождения – и крупные, выразительные черты отца – пышущего здоровьем ирландца. Широкоскулое, с точеным подбородком лицо Скарлетт невольно приковывало к себе взгляд. Особенно глаза – чуть раскосые, светло-зеленые, прозрачные, в оправе темных ресниц»[128].

Помимо цвета, можно указать, какой эффект оказывают глаза на героя, с точки зрения которого ведется повествование, как в нуарном произведении Ричарда Пратера «Двойные неприятности»:

«У нее на лоб полезли глаза, которые, как я успел мельком заметить, были голубыми, красивыми и чрезвычайно широко раскрытыми»[129].

Схожим образом описан Ганнибал Лектер в «Молчании ягнят»:

«Темно-бордовые глаза блеснули в электрическом свете ярко-красными точками. Клариссе показалось, что они искрами стекаются в центр, к самому зрачку. Пронзительный взгляд охватывал ее целиком, с ног до головы»[130].

Дэвид Копперфилд описывает, как впервые увидел лицо Урии Гиппа:

«Обладателем этой физиономии был действительно рыжий пятнадцатилетний юноша (это мне известно теперь), но тогда он произвел на меня впечатление гораздо старше своих лет. Рыжие его волосы были обстрижены под гребенку. Бровей почти не было. Коричневые, с каким-то красноватым оттенком глаза были лишены ресниц, и, помнится, у меня мелькнула мысль, как это он может спать с такими незащищенными глазами»[131].

Хотя цвет, как правило, считается типичной характеристикой при описании глаза, она не является обязательной. Популярной альтернативой служит метафора.

«Глаза его были мокрыми ранеными ковриками»[132] (Ричард Бротиган, «Лужайкина месть»).

«Он не брился дня четыре. Нос у него заострился. Он был так бледен, что длинные тонкие шрамы почти не были видны. А глаза как две дырки в сугробе»[133] (Рэймонд Чандлер, «Долгое прощание»).

«Еще ни один рентгеновский аппарат не проникал в меня так глубоко, как взгляд этой женщины»[134] (Дэн Дж. Марлоу, «Имя игры – смерть»).

«У нее было толстое лицо с массивным подбородком, тусклые серые волосы, безжалостно изуродованные перманентом, тяжелый нос и большие, наполненные влагой глаза, выразительные, как речные голыши»[135] (Рэймонд Чандлер, «Высокое окно»).

Действие знаменитого научно-фантастического романа Ричарда Мэтисона «Любимая, когда ты рядом» разворачивается в далеком будущем, на колонизированной планете, населенной существами, называющими себя гнианцы.

«Он еще немного посидел в кресле, вспоминая ее глаза – громадные глаза, занимавшие добрую треть лица, похожие на большие фарфоровые блюдца с темными чашками зрачков посередине. И еще они были влажные – блюдца, наполненные влагой»[136].

А вот описание, которое я запомнил на всю жизнь – до того идеально оно характеризует героя. Это фрагмент из книги великого Джона Д. Макдональда «Темнее, чем янтарь»:

«Девушка села на кровати и обвела нас медленным равнодушным взглядом. Ее глаза казались совершенно безжизненными. Они были… они были как пепел от погасшего костра[137]».

«Она медленно села, задержалась взглядом на каждом из нас, и ее темные глаза были подобны входам в две глубокие пещеры. В таких пещерах нет ничего живого. Может, однажды и было, но теперь – нет, лишь горы обглоданных костей, да таинственные письмена на стенах, да серый пепел там, где некогда полыхали костры».

Всё – в глазах. Они сообщают нам куда больше, чем любой другой описательный элемент. Благодаря им у нас возникает понимание того, что из себя представляет персонаж, какие тайны его окружают. Используйте цвет, метафору и/или эффект, который оказывают глаза на героя, от чьего лица ведется повествование, и ваше произведение станет весьма привлекательным.

Прилагательные

Из моего блокнота:

«Как создать стиль: одно “общее” прилагательное, за ним – яркое специфическое прилагательное, а за ним – существительное.

Странный светящийся взгляд.

Жуткий огнедышащий страх.

Кошмарные взрывные вопли».