1962. Хрущев. Кеннеди. Кастро. Как мир чуть не погиб

Хрущев прекрасно понимал, что на Заливе Свиней американцы не остановятся. «Хотя контрреволюционеры потерпели поражение при высадке своего десанта на Кубе, – писал он. – Надо было оставаться совершенно нереалистичным человеком, чтобы считать, что на этом все кончилось».

И сознавал, что возможности СССР помочь Кубе в случае серьезной интервенции ограничены, ведь «от нас до Кубы 11 тысяч километров, а США от Кубы отстоят в нескольких десятках миль. А если принять во внимание мощную американскую базу на Кубе, то можно сказать, что США уже находятся на Кубе. Они могли организовать вторжение и оттуда… Надо было что-то предпринять, чтобы обезопасить Кубу… Сохранение революционной Кубы, которая идет по пути строительства социализма, в случае успешного развития ее в этом направлении и повышения жизненного уровня кубинского народа до такой степени, чтобы он стал как бы прожектором, желанным маяком для всех обездоленных и ограбленных народов латиноамериканских стран, оказалось бы в интересах марксистско-ленинского учения. Это соответствовало стремлению народов СССР освободить мир от капиталистического рабства для перестройки общественной жизни на марксистско-ленинских, социалистических, коммунистических началах… Я был уверен, что новая высадка неотвратима, что это лишь вопрос времени и что в очень недалеком будущем американцы повторят ее»[498].

После событий в Заливе Свиней Хрущев послал Кеннеди гневное обращение: «Я направляю вам это послание в тревожный час, когда над миром во всем мире нависла угроза. Против Кубы развязана вооруженная агрессия. Ни для кого не секрет, что вооруженные банды, вторгшиеся в страну, были подготовлены, снаряжены и вооружены в Соединенных Штатах Америки. Самолеты, которые бомбят кубинские города, принадлежат Соединенным Штатам Америки, бомбы, которые они сбрасывают, поставляются американским правительством. Все это вызывает справедливое чувство возмущения у советского правительства и советского народа»[499].

Ответ Кеннеди вовсе не был извиняющимся: «Вы глубоко заблуждаетесь относительно событий на Кубе. В течение нескольких месяцев на острове росло очевидное сопротивление диктатуре Кастро… Как я уже ранее заявлял и повторяю сейчас, Соединенные Штаты не имеют намерения совершать военную интервенцию на Кубу… Воздерживаясь от военного вмешательства на Кубе, народ Соединенных Штатов в то же время не скрывает своего восхищения кубинскими патриотами, которые хотят, чтобы независимая Куба имела демократическую систему правления. Правительство Соединенных Штатов не может предпринимать никаких действий, направленных на подавление духа свободы»[500].

Трояновский утверждал, что «в Кремле пришли к выводу, что хрен редьки не слаще: президент-демократ стоит президента-республиканца. И решили, что время для советско-американской встречи в верхах назрело и что Кеннеди, потерпев унизительное поражение, изначально окажется на этой встрече в невыгодном положении»[501].

Глава 4 Хрущев и Кеннеди

Стратегический (дис) баланс

Провал в Заливе Свиней, хоть и не стоил Кеннеди потери популярности внутри страны, но здорово выбил его из колеи, снизил международный престиж, показал слабость в глазах и друзей, и соперников на мировой арене. Немножко компенсировал провал первый американский полет в космос, так и не дотянувший до гагаринского: 5 мая 1961 года Алан Шепард выполнил суборбитальный полет на высоту 480 км на ракете «Ред-стоун».

И Кеннеди решил сделать шаг, достаточно уникальный в американской истории. Он представил второй ежегодный Доклад о положении в стране, хотя со времени первого прошло всего четыре месяца. Объяснил он это «чрезвычайным историческим моментом».

Cвою длинную речь президент посвятил главным образом международным вопросам. Сделал упор на то, что благодетельная Америка должна помочь экономическому развитию других стран, способствовать разоружению, осваивать космическое пространство, что лежало в основе его стратегии в «мировой битве, которая сейчас идет между свободой и тиранией». Кстати, в этой речи прозвучал и призыв «до конца десятилетия высадить человека на Луну и благополучно возвратить его на Землю»[502].

Кеннеди впервые объявил о намерении встретиться с Хрущевым – в Вене в начале июня.

– Я уже давно думаю о необходимости встречи с советским премьером для личного обмена мнениями. Мы поясним, что Америка неизменно заинтересована как в сохранении мира, так и в гарантии свободы, что мы стремимся жить в согласии с русским народом, что мы не ищем ни новых территорий, ни государств-сателлитов, ни богатств. Мы хотим только одного – приблизить тот день, когда “народ больше не поднимется против народа, и войны останутся в прошлом”[503].