А что скажут люди? Как преодолеть страх чужого мнения и наконец стать собой

Потратьте пару минут и запишите несколько убеждений, которые вы считаете истинными. Затем запишите несколько убеждений, в которых вы менее уверены. Теперь посмотрите, в какой момент жизни вы приняли каждое из этих убеждений и почему. Как эти убеждения помогали вам в тот период жизни? Теперь подумайте, служит ли вам это убеждение в настоящее время. Помогает ли оно стать тем человеком, которым вы хотите быть? Помогает ли вам достичь целей и реализовать свое видение жизни, которую вы хотите прожить? Или же это убеждение ограничивает ваши возможности?

<p>12</p><p>Уж кто бы говорил!</p>

Нейт Хобгуд-Читтик был сильным мужчиной, обладавшим еще более сильным духом, но все же, несмотря на рост в 188 сантиметров и вес в 130 килограммов, был маловат для защитника. Нейт играл в НФЛ в течение четырех лет и выиграл Суперкубок с командой «Сент-Луис Рэмс». Нейт был моим дорогим другом. Он ушел из жизни слишком рано, в возрасте 46 лет. Мы любили беседовать о духовной жизни, о том, как стать лучшей версией себя, и о том, как лучше поддерживать других в их жизненных приключениях. Он многому меня научил, и мне его не хватает. Я до сих пор слышу его громкий смех и чувствую, что он жил полной жизнью. Он любил свою семью, любил людей и любил жизнь.

В начале футбольной карьеры Нейт рассказывал мне, как его обесценивали и унижали некоторые тренеры, а иногда даже угрожали ему. «Ты такой медленный. Я миллион раз говорил тебе, что ты не выйдешь на следующий уровень. Почему ты не можешь просто сделать полшага назад? Полшага, а не полный шаг. Что с тобой не так?» Эмоциональное насилие со стороны тренера бывает трудно распознать. Некоторые спортсмены готовы терпеть что угодно, если это поможет им добиться успеха. Они истолковывают оскорбления на тренировках как заинтересованность тренера в том, чтобы помочь им стать лучше. Нейт видел это насквозь. «Майк, – сказал он мне, – ты не знаешь каково это, когда взрослые постоянно кричат на тебя перед твоими друзьями. Это была часть культуры, но это деморализовало. Я не мог развиваться в такой обстановке».

В юном возрасте Нейт придумал хитроумный инструмент, чтобы отличать мнения, помогавшие ему расти, от мнений, которые оказывали на него разрушительное воздействие. Он понял, что для того, чтобы стать лучше, ему нужно отделять язвительные замечания от ценных идей. Он не мог просто отгородиться от тренеров, поэтому поставил «экран». Когда тренер подходил к нему или кричал через поле, через экран доносилось только то, что помогало ему стать лучше. Презрение и негатив оставались на стороне тренера.

Вместо того чтобы попасть в ловушку рефлекторного принятия или отвержения мнения, экран Нейта позволил ему контролировать процесс. Он мог сделать паузу и оценить достоинства чужой точки зрения, прежде чем ответить.

Ага. Первый шаг к тому, чтобы правильно реагировать на мнение других, – это… ну, не реагировать. Сделайте вдох. В буквальном смысле.

Что происходит после того, как мнение ударяется об экран? Как отличить мнение, которое поможет нам учиться и расти, от мнения, которое мы все еще прорабатываем с терапевтом пять лет спустя?

Мы часто формулируем ответ как выбор одного из двух. Мы ведем себя так, будто мнение каждого имеет значение. Или, перейдя на другую сторону спектра, мы говорим, что нам совершенно безразлично чье-либо мнение. Эти подходы кажутся диаметрально противоположными, но на самом деле они приводят в одну и ту же точку. Если мнение каждого имеет для нас значение, мы теряем способность быть открытыми и чувствительными, рисковать и раздвигать границы, потому что волнуемся, как будем выглядеть в глазах других людей. Когда же мы перестаем заботиться о том, что думают другие, то идем против заложенной в нас нейробиологической социальной схемы. В любом случае мы оказываемся оторванными от самих себя и окружающих нас людей.

В подкасте Finding Mastery я беседовал с исследовательницей и автором Брене Браун об альтернативном пути, который соответствует нашей индивидуальной целостности и верен нашей социальной природе. Браун считает, что «наша задача – точно определить, чье мнение имеет значение, и найти людей, которые любят вас не вопреки вашей уязвимости, не вопреки вашему несовершенству, а благодаря им».

Главным фильтром для определения значимости мнений Браун считает «местонахождение» человека: он должен быть как гладиатор на арене. Тот, кто добивается своего в жизни, кто пробует и терпит неудачи, «чье лицо запятнано пылью, потом и кровью». Мнения же тех, кто не выходит на арену, потому что не может контролировать результат, и лишь бросает «оскорбления и критику» с дешевых мест, напротив, никогда не будут иметь значения.

<p>Круглый стол</p>

Экран Нейта – это напоминание о том, что в конечном итоге мы контролируем не мнения, а то, чьи мнения мы пропускаем сквозь экран и что с ними делаем. В связи с этим возникает вопрос: чьим мнениям можно доверять и как определить, что информация честна, точна и, прежде всего, полезна?