Вопреки советскому мифу о «реакционности» культурно-просветительной работы колчаковского правительства, как раз эта отрасль его деятельности была достаточно плодотворной. В частности, была создана сеть школ для детей нацменьшинств и даже педагогические курсы для подготовки преподавателей в них[292]. Правительство и лично А.В. Колчак содействовали развитию науки и высшего образования, в том числе Томского, Пермского и Иркутского университетов, Омского сельскохозяйственного института, были основаны научный Институт исследования Сибири в Томске (закрытый впоследствии большевиками), Сибирский геологический комитет, организована научная экспедиция в устье Оби[293]. В Томске функционировала эвакуировавшаяся при большевиках из Петрограда Академия Генерального штаба. В Омске возобновила свою деятельность историческая комиссия под названием «Архив войны», помимо прочего собиравшая интереснейший материал о влиянии войны на народную психологию (на основе фольклора, писем, опросов с мест и т. п.). Были организованы одни из первых в России курсы по дошкольному воспитанию. Поощрялось привнесенное с Запада скаутское движение среди юношества и подростков. Пожалуй, можно согласиться с тем, что колчаковское правительство, в отличие от большевиков, тратило в тяжелое военное время излишне много на культуру и образование в ущерб агитационно-пропагандистской работе[294], имевшей исключительное значение в условиях Гражданской войны.
Приветственная телеграмма Верховного правителя адмирала А.В. Колчака съезду по организации Института исследования Сибири
[ГА РФ. Ф. Р-176. Оп. 4. Д. 125. Л. 53]
Большую роль в воспитательной работе белые уделяли церкви. Колчаковское правительство отменило декрет об отделении церкви от государства и восстановило государственное финансирование церкви и преподавание закона Божьего в школах (от которого, впрочем, разрешили освобождать по заявлению родителей ученика, а с 16 лет – и по заявлению самого ученика). Вместе с тем, белые не предусматривали восстановления синодальной структуры управления церковью, признав итоги Поместного собора 1917–1918 годов и избрание Патриарха. Вместо этого при Российском правительстве А.В. Колчака было создано Главное управление по делам вероисповеданий во главе с профессором церковного права П.А. Прокошевым, которое вело отношения государства со всеми религиозными конфессиями. Летом 1919 года пастырское благословение Колчаку прислал митрополит Херсонский и Одесский Платон. До сих пор не опровергнуто, хотя и не доказано, известие о благословении А.В. Колчака Патриархом Тихоном. Тем не менее, в храмах шли службы во здравие «богохранимой державы Российской и благоверного Верховного правителя».
Одновременно в белых армиях восстанавливалось военное духовенство, по образцу дореволюционной русской армии: в армии Колчака его возглавлял главный священник армии и флота протоиерей Касаткин, а с октября 1919 года – епископ чебоксарский Борис[295]; в армии Деникина – протопресвитер армии и флота (занимавший эту же должность в дореволюционной русской армии) протоиерей Г. Шавельский, а при Врангеле – епископ Севастопольский Вениамин (Федченков, в должности епископа армии и флота; впоследствии, в годы Второй мировой войны выступал с патриотических позиций и затем вернулся в СССР, где стал митрополитом). Поддерживая режим Колчака (как и на Юге – Деникина), духовенство при этом старалось не вмешиваться в борьбу партий и официально провозгласило устами архиерейского собора в Томске в декабре 1918 года внепартийность приходских советов. Впоследствии, в сентябре 1919 года правительство А.В. Колчака поддержало идею добровольческих военных формирований на религиозной основе – дружин Святого Креста и мусульманских отрядов Зеленого Знамени, о чем подробнее мы расскажем в следующих главах.
Доклад помощника управляющего Морским министерством контр-адмирала В.В. Ковалевского в Совет министров о снаряжении экспедиции в Обскую губу
[РГАВМФ. Ф. Р-1722. Оп. 3. Д. 80. Л. 125]
<p>«В будущее Учредительное собрание пропущу только государственно здоровые элементы»</p>