Аналитика как интеллектуальное оружие

Во все века большими мастерами создания информационного продукта большой разрушительной или же созидательной силы были спецслужбы (подробнее мы коснёмся их деятельности в главе III), политические партии (их идеологи, аналитические структуры) и авантюристы. Подчас созданные ими политические мифы продолжают жить десятилетиями своей самостоятельной насыщенной жизнью после смерти своих создателей, встроенные в общенаучное, социологическое или историческое Знание. По привычке, ради интеллектуального комфорта или по традиции их крайне неудобно убирать, и эти клише продолжают существовать как фактор, компонент (иногда системообразующий) идеологии или общенаучной парадигмы. Запутывание исторического смысла, внесение хаоса и дезинформации в общественное сознание тем больше, чем тоньше и мастерски они были сделаны, внесены и имплантированы в соответствующую структуру. Несмотря на объявленную при М.С. Горбачеве гласность, мы до сих пор не знаем наверняка о многих факторах международной политики 30-40-х годов прошлого века, включая мюнхенский сговор, роль германских спецслужб в деле советских маршалов, катынское дело, оккультно-аналитические разработки института СС Ананербе в Германии и сталинских шарашек и закрытых институтах. О многом можно только догадываться, настолько умело были спрятаны концы, столь тщательно подготовлены, замаскированы, имплантированы в общественное сознание информационные продукты, что выявить их до конца, определить истину не могут даже современные аналитики. Косвенно это свидетельствует о том, что они ещё действуют (срок действия запущенных программ не истёк), в них есть ещё что скрывать.

Необходимо сказать о такой специфике аналитики, как преимущественная одноразовость этого действенного интеллектуального оружия. Поясню свою мысль. Продукты общеметодологической научной парадигмы могут иметь вторую и третью свежесть. Они тиражируются и клишируются часто в силу инерции мышления, идеологических и других причин подчас столетиями, хотя все понимают их анахронизм, несоответствие современному контексту. В академической науке нередко продолжают ссылаться на целый ряд учёных, которые не только не способствовали ее развитию и прогрессу, но и своими ошибками затормозили её общее развитие на десятилетия.

Судя по многочисленным свидетельствам очевидцев, анахронизм монархизма и дворянства в России остро ощущался задолго до 1917 года. Тем не менее, парадигма «подразумеваемого смысла нашей монархии» работала. Марксизм (материализм экономический и социал-дарвинизм политический) уже тогда, в 1905–1907 годы, не отражал научной парадигмы, был исторически мертворождённым заблуждением, однако даже и в 1979, и в 1988 году – по нему обучали аспирантов, научных работников, что уже вызывало смех, а не только недоумение.

Общество часто забывает, теряет наработанное столетиями, отсюда «великие возвраты», в том числе и в научных формах (честных систематизированных рефлексиях). Очевидно, общим (социологическим, методологическим) Законом является то, что социальное Знание не может усложняться бесконечно, оно, как и вместимость сознания отдельного развитого индивида от древнего грека (возможно и представителя периода неолита) до наших дней, имеет достаточно жёстко фиксированные параметры, и, включая в себя новые объемы информации, теряет, забывает старые (принцип замещения, экономии мыслительной энергии). На это же указывает основоположник кембриджской школы А. Маршалл (1842–1924) в своей экономической теории [Маршалл 98] (его книга многократно переиздавалась и на протяжении нескольких десятилетий была настольным учебником по микроэкономической теории в странах Западной Европы, США и Японии).

Всё не может быть одинаково очевидным, актуализированным, так как эволюция происходит постоянно – идёт смена ценностей, приоритетов, парадигм самого научного Знания, наблюдается пульсация национальных традиций и смыслов.

В то же время аналитика как инструмент реорганизации самого научного Знания (и её информационный продукт на выходе) почти бесконечно сложна, имеет много степеней свободы (измерений, путей и методов реализации) при одном существенном ограничителе – он (инструмент, продукт) одноразовый, имеет срок годности во времени. Конечно, шулер в карточной игре выигрывает почти всегда, однако здесь аналитик выступает в роли антитезы, не как профан (владелец общедоступного Знания), но как разведчик нового, хакер, рэкетер, забирающий себе ровно столько (излишков), чтобы Игра могла продолжиться. Теоретически можно вторично изобрести таблицу Менделеева, повторить опыты Н. Теслы, (интерес к патентам этого «гения электричества» сохраняется и поныне [Сейфер 08]), однако это уже будет не первооткрывательство, аналитика, но попытка потешить тщеславие, гордыня и любопытство, в лучшем случае – фактор самостоятельного развития.