Апология обломков. Руинная тема в контексте истории европейской культуры

В конце XVII века появилась так называемая дилювиальная теория, согласно которой древние окаменелости растений и животных – наглядное свидетельство Всемирного потопа. Это остатки организмов, созданных в первые шесть дней Творения и ставшие после Потопа окаменелостями. К этой теории обращался в своих трудах Лейбниц, но целую космогоническую поэму руин из нее создал преподобный Томас Бернет (1632–1715). В духе естественной магии барокко англиканский богослов простодушно, одновременно виртуозно в своей книге-блокбастере эпохи Вильгельма III «Священная теория Земли» (1681) соединил толкование Моисеевой Книги Бытия и принципы рациональной физики и астрономии[42].

Согласно космогонической идее Бернета, первоначально Земля вышла из хаоса совершенно гладкой, в виде правильной сферы. Состояла из металлов и камней (в центре), воды (на поверхности) и газовой оболочки (воздуха, снаружи). Бернет уточняет, что Земля

имела красоту молодости и цветущей природы, свежая и плодоносная, и не было ни складки, ни рубца, ни разлома на всем ее теле; ни пород, ни гор, ни пустых пещер, ни внутренних каналов, а одна лишь плоская поверхность и ровность повсюду.

После Грехопадения Земля начала трескаться из-за дождей. Из трещин поднялись испарения. Дожди не дали испаряться влаге с поверхности Земли. Земная оболочка начала разрываться под воздействием паров из водной бездны внутри Земли.

Когда давление паров превысило прочность наружной земной оболочки, она взорвалась, образовав вихри потоков, приливные волны, а также разрывы и перемещения твердых обломков. Так образовались горы и впадины океанических бассейнов. Силой чудовищного взрыва земная ось была сбита к ее нынешнему положению. Когда вода вновь ушла в свои подземные вместилища, поверхность Земли представляла собой гигантские и страшные руины, изломанную и перепутанную кучу тел[43].

Иллюстрация из трактата Томаса Бернета «Священная теория Земли», том 1, с. 135. Растрескивание наружной земной оболочки и выход вод Всемирного потопа. Гравюра

Земная поверхность – единая геологическая руина бывшего земного Рая, Сада Эдем. Такой сильный образ мог возникнуть именно в барокко, когда в надежде достроить толкование мира до исчерпывающей ясной цельности точные естественные знания причудливо соединялись с магическими, мистическими.

Желание пытливого ума все понять и объяснить, полагаясь на собственные ресурсы, объясняет великолепную космогонию руин и у Атаназиуса Кирхера (1602–1680), монаха-иезуита, эрудита, изобретателя, создателя Кунсткамеры в Риме. Он магическим способом расшифровывал египетские иероглифы, занимался магнетизмом, лазил в кратер Везувия после извержения и достроил в рукописи Вавилонскую башню. Будучи предтечей кабинетных визионеров эпохи романтизма (князя Владимира Одоевского), Кирхер изобретал новые музыкальные и акустические механизмы, а также приборы, позволяющие хранить информацию и обмениваться ею на расстоянии (прообразы компьютеров).

Атаназиус Кирхер. «Устройство пирамиды». Гравюра. Вторая половина XVII века. Нью-Йоркская публичная библиотека

Среди более чем сорока книг Кирхера есть фантастический роман о космических путешествиях во сне или в трансе – «Подземный мир», изданный в 1665 году. В нем он описывает складки и руины земной геологии, опираясь на собственный опыт. В 1637 году Кирхер залез в кратер недавно извергавшегося Везувия и вот что там увидел: