Бальзак. Одинокий пасынок Парижа

Одновременно Бальзак расторгает отношения с «ужасно вялым» стряпчим господином Гаво, который никак не мог отбиться от навязчивых кредиторов. Теперь за дело взялся некий г-н Фессар – вёрткий малый, который (даже к удивлению Оноре) смог добиться почти невероятного: уплаты лишь пятидесяти процентов от причитающегося! Все согласились, кроме портного Бюиссона, который (тёртый дока!) просто переписал свой долговой вексель.

Опять заартачилась Луиза. Когда с табачной лавкой, казалось, было всё улажено, та гордо заявила:

– Табачная лавка… Извините, но это так низко!.. Уж лучше продавать гербовую бумагу и марки. Не желаю быть лавочницей! Буду продавать марки…

Впрочем, кого это совсем не волновало, так г-жу Ганскую. Иметь под боком разбитную «экономку», понимала Эвелина, всё равно что позволить охранять капусту прожорливой козе. От кого же она это слышала? Впрочем, не важно, она же не философ, чтоб запоминать всякие афоризмы. Афоризмы – для мужчин. Ну а для женщин… Желательно, чтобы кругозор мужчины не заходил дальше одной женщины, иначе… Иначе жди беды. Это Эвелина Ганская знала всегда.

* * *

Роман Бальзака «Блеск и нищета куртизанок» заканчивается громким судом над Люсьеном де Рюбампре и его последующим самоубийством. Автору не хватало фактуры; ему во что бы то ни стало нужно было посетить тюрьму, желательно – Консьержери. Во-первых, именно там содержалась перед казнью несчастная королева Мария-Антуанетта; а во-вторых, в эту же тюрьмю когда-то бросили погибшую на гильотине тётю Эвелины Ганской, княгиню Любомирскую, причём вместе с малолетней дочерью – той самой графиней Розалией Ржевуской, оставшейся по малолетству в живых.

С декабря 1845 года заместителем парижского прокурора становится некто Жюстен Гландаз, старый лицейский товарищ Бальзака. Именно Гландаз поможет романисту попасть в Консьержери. Каждый кирпич и ступенька этой тюрьмы должны были помочь прочувствовать писателю весь ужас приговоренного к смерти человека, оказавшегося за толстенными стенами парижского узилища.

Однако одной тюрьмой Бальзак не ограничивается. Он просит Гландаза поприсутствовать на уголовном процессе. Тот соглашается, обеспечив романисту лучшее место близ секретаря суда. Судили за мошенничество некую женщину. Пикантность ситуации заключалась в том, что 45-летняя госпожа Коломес (так её звали) приходилась племянницей знаменитому маршалу Сульту[164].

История г-жи Коломес оказалась стара как мир. Ибо беда несчастной заключалась в том, что, будучи замужем за состоятельным человеком, она влюбилась в юного повесу и стала его любовницей. Молодой негодяй требовал от неё денег, которые «тратил на актрис, подвизавшихся около ворот Сен-Мартен. Она подделывала документы и продавала векселя, подписанные вымышленными векселедателями». Испугавшись и окончательно запутавшись, тот сбежал. Ну а госпожа Коломес оказалась под судом. Но этой женщине, казалось, было всё равно. Она желала лишь одного – спасти сбежавшего любовника. На суде несчастная, горько плача, призналась, что всегда говорила ему: «Я прошу тебя лишь об одном: обманывай меня так ловко, чтобы я продолжала считать себя любимой». История, достойная пера Бальзака…

Глядя на подсудимую, романист чувствовал себя крайне неловко. Госпожа Коломес сильно напоминала Бальзаку другую женщину – Лору де Берни. Ведь она тоже из кожи лезла вон, чтобы помочь любовнику, постоянно оказывавшемуся в неприятных ситуациях. Лора, Лора… И, выходя из зала суда, Оноре чувствовал, что готов расплакаться.

В июне 1846 года Бальзак намеревается создать очередной шедевр – «Историю бедных родственников», которая должна была вместить в себя «Кузена Понса» и «Кузину Бетту». Г-жа Коломес, на судебном процессе над которой присутствовал Оноре, во многом послужила прообразом главной героини «Истории» Аделины Юло. Впрочем, здесь нашли отражение и другие реальные лица – например, Анна-Шарлотта, мать Бальзака, ставшая прототипом Элизабет Фишер, той самой кузины Бетты. В этой социальной эпопее автор отразил и собственное унижение, испытанное им со стороны маркизы де Кастри.

Верный своим принципам Бальзак пишет о безжалостном социуме, о простом одиноком человеке в тисках этого самого социума и, конечно же, о себе и своей трудной юности. Старые воспоминания – новый роман. Это и есть реализм от Оноре де Бальзака. Истинный. Не поддельный. Бессмертный.

* * *

Неопределённость в личной жизни усугубилась бременем непомерных долгов (и это при том, что в конце 1845 года долги Бальзака составили самую малую сумму за последние десять лет: 145 тысяч 521 франк{497}). К счастью, с наиболее привередливыми кредиторами удалось рассчитаться. Правда, оставались другие – из так называемого ближнего круга, коих набралось не так уж мало, в том числе – собственная матушка и мадам Делануа.