Бессмертным Путем святого Иакова. О паломничестве к одной из трех величайших христианских святынь

Я попытался представить на ее суд нескольких свидетелей в свою защиту: вынул карту и стал теребить остатки путеводителя, большую часть которого я оторвал за время пути. Но эти жесты плохо маскировали истинное положение дел – то, что мы не знали, где находимся. В этот полуденный час на дороге не было ни души, и в деревушках поблизости – тоже. Нас начала мучить жажда. Наконец мы дошли до перекрестка. Здесь была асфальтированная дорога и указательный столб с названием деревни, отмеченной на карте. Увы! Деревня стояла на Французском Пути. А я, как всегда в таких случаях, подобно одержимому, хотел идти только своей обходной дорогой.

Я обманул доверие Азеб: с помощью лживого красноречия я убедил ее пойти в другом направлении. В той стороне находился поселок, который стоял на обходной дороге, и там я собирался заночевать. Несмотря на свою недоверчивость, она согласилась, и мы обнялись в весьма относительной тени на обочине. Дорога была прямая – бесконечная искусственная плоскость. Сначала рядом были деревья, потом они стали встречаться реже, и, наконец, уже ничто не защищало нас от солнца, а оно было в зените.

Моя первая ложь подействовала: я сказал, что скоро мы увидим с вершины холма деревню, в которой должны провести ночь. Но с вершины холма был виден только другой холм. Вокруг ни одного дома, только однообразные поля, обожженные солнцем. Как известно, беда не приходит одна: к тому, что мы заблудились, и к жаре скоро прибавилась жажда. Я взял с собой слишком мало воды. Мое намерение было похвальным: не перегружать наши мочилы. Но его последствием, как только была выпита последняя капля, стали тревога и плохое настроение и в результате – разлад между нами. На вершине третьего холма я уже не мог придумать ни одной лжи, а вода у нас кончилась уже давно. И разразилась гроза – не небесная, которая освежила бы нас, а более ужасная, которую устроила мне супруга.

Я – бездарность. Почему я не хочу идти по нормальному маршруту? Мне невозможно доверять и т. д.

Внезапно весь мой опыт паломника оказался ничем. Самым ужасным в моей ошибке было не то, что мы заблудились, а то, что она ставила под сомнение все мое путешествие. Что бы теперь ни говорил, я так ярко проявил свою некомпетентность, что было ясно: я остался всего лишь любителем.

На обочине дороги мы сильно поспорили. На секунду я побоялся, что моя супруга прибьет меня своими дорожными посохами. В конце концов я отговорил ее идти обратно. Она согласилась, чтобы мы шли вперед, но с условием, что во время ходьбы мы будем ловить попутные машины. Уступка была невелика: в эти жаркие часы на дороге почти никого не было. Итак, мы пошли дальше, имея лишь одно утешение – наши поднятые большие пальцы. Две машины промчались мимо нас во весь опор, не оказав нам помощи. Наконец, через достаточно большой промежуток времени, мы увидели сзади на дороге очень медленно ехавшую машину, которая оказалась грузовиком. И – о чудо! – он остановился. Кабина у него была маленькая, поэтому двум мужчинам, которые в ней сидели, пришлось сильно потесниться, чтобы мы смогли усесться в ней с рюкзаками на коленях. Мы были спасены. Но скоро нас охватила новая тревога: при каждом повороте грузовик сильно кренился то в одну сторону, то в другую, и мы слышали стук копыт, словно мимо проезжала конная процессия, и частые глухие удары, доносившиеся сзади. Шофер вцепился в руль и с трудом, широкими движениями держал курс. Я собрал в уме столько крупиц испанского языка, чтобы сказать понятную фразу из нескольких слов, и спросил мужчин, что везет их грузовичок. Мне ответили:

– Трех быков.

Несчастные животные при каждом повороте так пугались, что били копытами в пол кузова, ударяя по нему всем своим весом.

Мы ничего не сказали в ответ на эту новость. Теперь мы лучше понимали, почему шофер так старался держать курс, несмотря на бешеное движение животных, каждое из которых весило тонну. Пейзаж медленно проплывал мимо нас. Он был великолепен, но мы совершенно ясно понимали, что, иди мы пешком, нам пришлось бы страдать еще много часов, чтобы добраться до цели. Поселок, в который мы ехали, оказался больше, чем можно было предположить, и нам пришлось еще долго трястись в грузовике.

Наконец мы прибыли на центральную площадь. Быки в честь нашего прибытия дали копытами последний залп ударов, объяснив таким образом, откуда могло возникнуть фламенко. На скамейках в тени сидели несколько мужчин. Они смотрели на нас, и мы, несмотря на обстоятельства, постарались выглядеть естественно и даже сохранять достоинство. Огромный грузовик уехал вместе с быками. Мы были спасены.

Французский Путь