Безрукий воин. Три подвига Василия Петрова

«А что? Лучше на фронте погибнуть смертью храбрых, чем в тылу влачить жалкую жизнь!»

Но почти все сходились во мнении, что вряд ли кто-то из них отважился бы на такой поступок. Тем более что никто не мог вспомнить ни одного случая в истории войн, чтобы безрукий офицер участвовал в боевых действиях. Были одноглазые, одноногие, однорукие… Но чтобы воевать без двух рук, такого никогда не было.

Членам медицинской комиссии не хватило аргументов, чтобы отговорить Василия Петрова от его затеи. Однако хватило мудрости понять искреннее желание майора быть чем-то полезным своей стране. Не отговорило его и военное руководство, предлагая различные штабные должности. Майор Петров неизменно ссылался на приказ № 0528 от 1 июля 1942 года Верховного главнокомандующего товарища Сталина, который предписывал весь начальствующий состав после лечения в госпиталях возвращать в истребительно-противотанковые подразделения.

* * *

Поздней осенью 1944 года майор Василий Петров приехал во Львов. К тому времени его боевые товарищи уже шли по дорогам Польши, приближаясь к Германии. Командование 1‑го Украинского фронта, учитывая просьбу Петрова и ходатайство воинской части, разрешило ему занять место в боевом строю, назначив заместителем командира полка. К тому времени он уже стал называться 248‑м гвардейским истребительно-противотанковым артиллерийским полком.

Во Львов с передовой за Петровым прибыли однополчане. Артиллеристы тепло и торжественно встретили своего командира, как самого дорогого человека. Спустя некоторое время на фронте в воинских частях передавалась легенда о безруком майоре-артиллеристе. Майор был исключительно храбр, на поле боя он никогда не прятался и голову под вражескими пулями не гнул. Говорили, что батареи, которыми он командовал, подбили множество вражеских танков, оставили после себя кладбище исковерканных металлических чудовищ.

О безруком советском майоре-артиллеристе знали и враги. Во время штурма немецких позиций майор Петров повел своих бойцов в атаку. Натиск был столь стремителен, что противник стал отступать. Петров прыгнул в немецкую траншею, потом ударом ноги выбил дверь в блиндаж. Там было несколько немцев. Рукава шинели советского офицера были заправлены в карманы. Петров крикнул: «Хенде хох!» Потом по-немецки добавил, что в карманах у него гранаты и если немцы не сдадутся, то он взорвет и себя, и их. Враги растерялись и подняли руки вверх.

Однажды артиллеристы попали в засаду. Пришлось идти на прорыв, прямо на немецкие окопы. Огонь противника был таким сильным, что многих тогда недосчитались. Василий Петров вспоминал, как слева и справа от него падали бойцы, а его пули облетали, как заговоренного. Он слышал стоны своего тяжелораненого товарища, его просьбу: «Петров, пристрели меня! Нет сил терпеть!» Но Василий (даже если бы решился) не мог ее выполнить. У него не было рук, чтобы держать пистолет.

Со своим полком гвардии майор Василий Петров участвовал в Висло-Одерской наступательной операции советских войск. Она началась 12 января и завершилась 3 февраля. В ходе этой операции от немецких войск была освобождена территория Польши к западу от Вислы и захвачен плацдарм на левом берегу Одера. Полк майора Петрова форсировал реку Одер и отличился, удерживая плацдарм в районе поселка Ниски, который немцы безуспешно пытались отбить.

Под городом Дрезденом в районе Эдерниц – Вильгельминталь этот полк дерзким налетом захватил господствующую высоту. Вот как это произошло. Накануне полковые артиллеристы отразили атаку немецких самоходных орудий, двенадцать из них подбили. Пленные сообщили, что на помощь им движется пехота. Петров решил, что нельзя ждать, когда противник соберется с силами. Нужно использовать момент, когда он деморализован после неудачной контратаки и не пришел в себя.

Петров объединил под своим командованием находившиеся поблизости подразделения – польский пехотный батальон, группу танкистов. Как старший по званию и должности, он взял на себя инициативу, ответственность. Собрался внушительный отряд – артиллерийский полк, одиннадцать бронемашин, которые захватили у противника (в них пересели водители автомашин), пятнадцать самоходных орудий, польская пехота. Вся эта группа двинулась на окопы немцев. Десятки орудий и пулеметов открыли ураганный огонь. Немецкие солдаты растерялись, побежали, а отряд во главе с Петровым ворвался на высоту. Когда майор Петров доложил об этом командиру бригады, тот не сразу поверил. Спустя несколько часов к высоте подтянулась советская пехота и закрепилась на ней.

Был еще один эпизод, когда жизнь Василия Петрова и его артиллеристов висела на волоске. Штаб полка находился в тылу наступающих войск. Его охраняла лишь одна батарея из четырех орудий. Неожиданно послышалась стрельба. Из леса показались несколько сотен немецких автоматчиков и два бронетранспортера. Оказалось, что это немецкая часть выходила из окружения. Силы были неравными, но Петров не растерялся. Он приказал развернуть орудия и открыть прямой наводкой огонь снарядами, заряженными картечью.