Бог, человек, животное, машина. Поиски смысла в расколдованном мире

Идея единого вселенского разума, как бы его ни называли – Бог, Брахман или еще как-нибудь, – характерная примета идеализма. Без обращения к ней трудно объяснить, почему существует общий, объективный мир, который мы все воспринимаем в ощущениях, и вся эта теория неизбежно превращается в солипсизм. Кроме того, существование космического разума гарантирует, что объективный мир продолжает существовать независимо от человеческого восприятия, – деревья в лесу продолжают падать, даже если этого никто не слышит. Епископ Беркли, философ-идеалист XVIII века, считал, что божественный разум, бесконечный и вездесущий, поддерживает существование мира, просто глядя на него. Каструп и его коллеги весьма своеобразно переосмыслили этот образ. Все живые и чувствующие существа были «диссоциативными альтерами» космического разума. Выражение «альтер», сокращение от «альтернативная личность», используется в контексте диссоциативного расстройства личности, или синдрома множественной личности, – феномена, при котором у человека развивается несколько автономных личностей. Как правило, альтеры не могут функционировать одновременно: когда одна из этих субличностей становится ведущей, другие не знают, что происходит в этот момент. Недавно это было подтверждено эмпирическими данными. В одном из исследований женщину, утверждавшую, что некоторые из ее альтеров были слепыми, подключили к электроэнцефалографу. Исследователи обнаружили, что, когда «слепые» альтеры становились ведущими, зрительный центр ее мозга переставал работать, хотя ее глаза были открыты. Процессы, лежащие в основе этого состояния, до сих пор не изучены, но Каструп утверждает, что по нему мы можем судить о том, как функционирует сознание в космическом масштабе. «Если нечто подобное диссоциативному расстройству происходит на уровне всей Вселенной, – пишут авторы, – то единое универсальное сознание может в результате породить множество альтеров с субъективной внутренней жизнью, как у нас с вами».

Как бы безумно это все ни звучало, такой аргумент по-своему соблазнителен, так как позволяет разрешить некоторые технологические и философские проблемы. Аналогия с диссоциативным расстройством личности позволяет опровергнуть старый аргумент против идеализма: если мы все составляем единый разум, то почему наше восприятие ограничено – почему я не знаю, о чем думает кто-то другой или что происходит в далеких галактиках? Если каждый из нас – альтер, одна из множественных личностей космического разума, это объясняет, каким образом универсальное сознание распадается на отдельные умы (эта головоломка известна как «проблема разложения»). Все живые чувствующие существа суть частички этого раздробленного, но по-прежнему сознательного целого, а мир неодушевленной материи – всего лишь виде́ние, пригрезившееся этому космическому разуму.

Декарт нуждался в Боге, чтобы доказать, что внешний мир существует. Каструп не верит в материальный мир и все же нуждается в Боге, чтобы доказать его несуществование. Что за этим стоит – просто интеллектуальная лень, апелляция к «Богу пробелов», который должен залатать все прорехи в логике его теории? Или есть что-то более значимое – и более тревожное – в том, что Бог продолжает вторгаться в философию спустя долгое время после того, как мы объявили его мертвым? Если, как выразился Филип Дик, нечто реально, если оно не исчезает, когда вы перестаете в него верить, – значит ли это, что Бог в каком-то смысле существует?

* * *

Наиболее полно Каструп изложил свою версию идеализма в книге «Идея мира», где критикует материализм и доказывает, что антиматериализм более убедителен с философской точки зрения. Антиматериализм часто путают с враждебностью к научному методу, но почти все современные идеалисты соглашаются, что физические науки – полезная и важная штука. Можно говорить о поведении атомов, об их свойствах и взаимоотношениях независимо от того, состоят они из материи, информации или эманаций космического разума. Материализм становится метафизикой, утверждает Каструп, только когда заявляет, что материя является истинной сущностью мира, а у этого утверждения нет доказательств.