Бог и сатана. Борьба продолжается

Во второй версии, которую приписывают Григорию Нисскому, но которая на самом деле возникла гораздо позднее, говорится о том, что некая Васса, или Акилина, тоже бывшая язычницей, решила стать христианкой. В ту пору царствовал Диоклетиан, устроивший гонения на христиан, и эта женщина очень боялась своего мужа, правившего городом. Его звали Камулосом, а сам город — Камулией, или Камулианой. Христос решил помочь женщине. Ей надо было лишь приготовить стол с белой скатертью и поставить на нем прозрачную чашу с водой. Ночью в окружении ангелов явился Христос. Омочив свой лик в воде, он вытер его скатертью, оставив на ней его отпечаток. Акилина спрятала скатерть в доме, но перед смертью записала все произошедшее и замуровала ткань вместе с рассказом. Позднее об этом узнал св. Григорий: он нашел тайник, а в нем — скатерть, текст, написанный Акилиной, кадило и даже зажженную свечу. Все это он переправил в Кесарию Каппадокийскую, и здесь вторая версия совпадает с первой. Однако кроме этих легенд у нас нет никаких современных той эпохе свидетельств, подтверждающих, что в Камулии или в Кесарии находилась ткань с изображением Христа, потом оказавшаяся в Константинополе.

Третья легенда восходит ко второй: одна больная женщина завладела тканью с изображением Христа, надеясь с ее помощью исцелиться. Она положила на нее другую ткань, на которой снова запечатлелось изображение Иисуса, причем посреди языков пламени, в которых обе ткани не сгорали. Эту женщину как будто случайно звали Марией. Образ огня, который не сжигает, конечно же, восходит к библейскому образу неопалимой купины и ясно означает рождение, не нарушающее девственности. Далее в этой легенде тоже говорится о том, что позднее эта чудесная ткань была привезена в Константинополь (435).

ИСТОРИЯ ВЫХОДИТ ИЗ ЛЕГЕНД

Можно с уверенностью говорить о том, что в 574 году ткань, на которой был изображен Христов лик и которая по месту своего происхождения называлась «Камулиана», действительно прибыла в Константинополь. Георгий Кедрин, повествующий об этом событии, называет это изображение achiropoďete, т. е. «нерукотворным» (436). Эта ткань была драгоценной реликвией, которую брали на поля сражений. Например, в 586 году во время битвы на реке Арзамон, в двухстах километрах от Эдессы, она вдохновила византийцев на победу, и они одержали ее. По словам Феофилакта Симокатты, воспевшего это сражение, «с давних пор говорят, что образ сей есть творение божественного искусства, не сотканное и не написанное».

В 622 году византийцы взяли это изображение с собой, отправляясь в поход против персов. Другой греческий поэт, Георгий Писида, тоже таким же возвышенным слогом рассказывает о его действенной помощи в битвах. О нем также упоминают Феофан, Георгий Монах и прочие (437).

Однако можно предположить, что уже к 705 году этой реликвии не было в Константинополе, потому что после этой даты о ней ни разу не упоминается. Из более поздних свидетельств становится ясно, что патриарх Герман морем доставил ее в Рим. Кроме того, мы знаем, что в том же 705 году папа Иоанн VII построил и украсил мозаикой часовню в соборе св. Петра, дабы отныне там обитало покрывало, известное под именем «плата Вероники».

Теперь становится понятнее, что, смирившись с утратой, византийские императоры хотели возместить ее другим «нерукотворным» изображением, а именно мандилионом из Эдессы.

В 1608 году старый собор св. Петра был снесен (включая упомянутую часовню), чтобы подготовить место для строительства нового. Мы располагаем инвентарной описью 1618 года, в которой перечисляются все предметы, вывезенные из собора. В ней упоминается и описывается и «плат Вероники», причем с одним важным уточнением: на имеющемся изображении глаза у Христа открыты, тогда как на некоторых копиях, сделанных с него и признанных подлинными, глаза закрыты.

В Риме существовало и другое изображение Христа, хранящееся в капелле Санкта-Санкторум Латеранского дворца и тоже называвшееся «нерукотворным». О его существовании доподлинно известно, по меньшей мере, с 753 года, когда папа Стефан II сам нес эту реликвию, участвуя в процессии, направлявшейся от Латеранского дворца к базилике Санта-Мария-Маджоре. Однако сегодня изображение полностью истерлось. В XII веке папа Иннокентий III повелел покрыть его рисованной тканью, воспроизводящей мандилион из Эдессы (прямоугольная горизонтальная ткань с изображением Христа в центре, которое как будто немного теряется в этом огромном прямоугольнике). Причина вполне понятна: создать видимость, что обе реликвии находятся в Риме.