Бог и сатана. Борьба продолжается

Итак, перед вами предстанет совершенно фантастическая, чудесная история, которая — увы! — полна ярости и крови, потому что она же — слишком человеческая. Эта история захватывает своими неожиданными перепадами, обрывами и возобновлениями, ее путеводная нить теряется и появляется снова, ее следы сбивают с толку, ее свидетельства неполны, в ней есть злодеи, которые плетут интриги, есть герои и маленькие гении, — одним словом, все как в «Имени розы», но только по-настоящему и гораздо значительнее.

Кроме очень серьезных свидетельств в пользу подлинности плащаницы меня здесь интересуют и другое: мне очень хочется пройти по тем следам, которые оставлены нам как будто в какой-то замысловатой игре, пройти по следам, которые надо открывать медленно и мучительно, открывать буквально на ощупь, но которые тем не менее существуют, хотя много документов исчезло навсегда.

КОГДА ИСТОРИЯ БЕЗМОЛВСТВУЕТ

У тех, кто не признает подлинность плащаницы, одним из самых сильных аргументов до недавнего времени было молчание исторических документов на этот счет. Казалось, лишь научное исследование может как-то подтвердить ее подлинность — но подтвердить только научно, а не исторически.

В действительности же путь, пройденный Туринской плащаницей, можно довольно точно проследить начиная с 1357 года. У нас достаточно свидетельств, чтобы проследовать по этому пути вплоть до 1389 года, когда она была выставлена для почитания верующими в небольшой коллегиальной церкви в деревушке Лире, близ Труа. У нас есть документы, рассказывающие о том, что в 1353 году ее начали строить, а 28 мая 1356 года освятили. Кроме того, мы знаем, что Жоффруа I де Шарни, который открыл ее, пал в битве с англичанами 19 сентября 1356 года. Однако в дошедшем до нас перечне реликвий, вверенных этой церкви, плащаница не упоминается. Вполне возможно, что только после смерти Жоффруа его вдова Жанна де Вержи решила выставить плащаницу для почитания.

С этого времени можно проследить всю ее историю. Мы знаем, как она попала в дом герцога Савойского, который привез ее сначала в Шамбери, а потом в Турин, где она находится доныне. Таким образом, начиная приблизительно с 1357 года больше никаких загадок нет. Но что было раньше? Где она находилась? Откуда пришла? Как оказалась в маленькой деревушке Лире? До недавнего времени все это было совершенно не известно.

КОГДА ДОКУМЕНТЫ НАЧИНАЮТ ГОВОРИТЬ

Сегодня ситуация серьезно изменилась благодаря кропотливому труду многих исследователей, которые довольно долго двигались в темноте, высказывая различные гипотезы, сопоставляя между собой редкие тексты, чтобы отличить подлинную историю от легенд, а также тщательно исследуя древние иконы и монеты, чтобы найти какие-либо аналогии с плащаницей (238). Решающим толчком, помогшим выбраться из тупика, стала гениальная догадка английского историка Яна Вильсона, который предположил, что Туринская плащаница и знаменитый «нерукотворный образ», который когда-то чтили в Эдессе, — одно и то же. Он высказал эти гипотезу на синдо-логическом конгрессе в Турине в 1978 году, и, наверное, в ту пору она удивила и заинтересовала других ученых. Впоследствии Ян Вильсон развил свое предположение в очень подробном историческом изыскании, к счастью переведенном на французский язык (239).

С тех пор ученые серьезно продвинулись в этом направлении, но исследования продолжаются до сих пор, причем каждый специалист сосредоточен на своем аспекте работы. Можем ли мы предположить, что в Эдессе действительно почитали Туринскую плащаницу или речь идет о двух различных вещах? Есть периоды в истории плащаницы, когда вполне обоснованно можно говорить о двух или трех возможных направлениях ее движения в одно и то же время. Следовательно, всего мы не знаем, и, наверное, относительно некоторых периодов ее передвижения никогда не сможем говорить с полной уверенностью. Но некоторые документы, наконец, найдены, и по отношению к каждому столетию существуют определенные ориентиры, а это уже немало. Этого, конечно, недостаточно, чтобы доказать подлинность Туринской плащаницы, но найденные точки отсчета уже годятся для того, чтобы устранить очень серьезное возражение, которое гласит, что если плащаница действительно подлинная, тогда почему на протяжении столь многих веков не сохранилось ни одного древнего текста, который говорил бы об этом. Теперь этот довод утратил силу, а это уже немало.

Каждый раз, когда следы начнут плутать и — при сегодняшнем уровне моих знаний на этот счет — появится множество гипотез, каждая из которых все еще заслуживает внимания, я буду излагать их максимально объективно. Но я вполне сознаю: любой исследователь решит, что я еще ничего не понял в его аргументации, поскольку постоянно уделяю внимание и другим аргументам.

Первый этап: Эдесса

КОГДА ТАЙНА СКРЫВАЕТСЯ ЗА ЛЕГЕНДАМИ