Болезни империи. Как пытки рабов и зверства во время войн изменили медицину

Гражданская война помогла Расселу воскресить потенциал этнографии, предоставив ему множество трупов для исследования. Мортон рыскал в поисках черепов по всему свету, запрашивая образцы у коллекционеров‑любителей. А вот Расселу развязавшаяся война подарила законную, санкционированную государством возможность продвинуть эту сферу далеко вперед. В казармах Бентона, располагавшихся неподалеку от Сент-Луиса, Рассел произвел поразительное число вскрытий – восемьсот. Приблизительно столько же черепов удалось собрать за свою деятельность Мортону [65]. Официальная миссия Санитарной комиссии Соединенных Штатов заключалась в проведении научных изысканий в отношении санитарно‑гигиенических условий. Однако Рассел отказался от забот о чистоте, порядке и гигиене ради возможности производить вскрытия, ведь именно так он получал научные знания.

До войны многим врачам и их ученикам приходилось специально искать трупы, чтобы изучать человеческое тело. И многие прибегали к неэтичным и незаконным способам их приобретения.

Предприимчивые врачи часто охотились за телами мертвых рабов, поскольку в довоенной Америке именно они оказывались защищены меньше всего [66]. Как было написано выше, опираясь на результаты своих подробных измерений, Рассел заявил, что чернокожие люди отличались от представителей «белой расы». Это заявление только подкрепляло расовую теорию Мортона.

Так Санитарная комиссия США стала причастной к укреплению идей о расовой неполноценности [67]. Сложившаяся ситуация подарила Расселу возможность участвовать в крупных дебатах по поводу взаимосвязи расы, здоровья и медицины в целом. Поскольку Рассел вкладывал все силы в идею о расовой классификации (особенно в отношении того, как люди, которых идентифицировали мулатами, отличались от «белых» людей и чистокровных чернокожих), он привлек внимание общественности к работе неназванного профессора, который занимался изучением мулатов в Бразилии. Этот профессор заявил, что мулаты обладали более крепким здоровьем, чем чистокровные чернокожие, были «здоровые, активные и как правило не умирали». Опираясь на опыт службы в штатах Миссури, Кентукки и Теннесси, Рассел дополнил эту теорию и заявил, что люди смешанной расы превосходили чистокровных чернокожих новобранцев. В качестве еще одного доказательства этой идеи он также процитировал одного врача из Огайо, который, в свою очередь, ссылался на слова врача из Санто-Доминго. Тот выдвинул похожий довод о превосходстве людей смешанной расы в отношении их реакции на инфекционные болезни. Он также привел цитату врача из Кубы, который занимался сбором данных, свидетельствовавших, что нет оснований полагать, будто мулаты являются по своей природе физически слабыми [68].

Начало Гражданской войны в США предоставило Расселу возможность внести свой вклад в разворачивающиеся в странах Атлантического бассейна исследования и обсуждения, касающиеся механизмов распространения инфекционных болезней в отношении к расовой классификации. Его собственные наблюдения закрепляли идеи о расовых различиях, господствовавших в Соединенных Штатах. Рассел наглядно демонстрировал, как рабство предоставило врачам в Бразилии, на Кубе и в Доминикане социальные инструменты, позволявшие выдвигать медицинские идеи относительно угнетенных. В своих отчетах эти врачи тщательно документировали свои наблюдения и собирали статистические данные, но неизменно оставляли без внимания тот факт, что институт рабства вообще позволил им заниматься изучением этих людей. Плантации были заполнены людьми, которых можно было беспрепятственно изучать. Рабство предоставило «белым» рабовладельцам право насиловать женщин‑рабынь, что привело к рождению людей смешанных рас, прозванных мулатами. Мулаты, в свою очередь, также стали объектами медицинских исследований. Однако силы, под влиянием которых возникла эта новая прослойка населения, не упоминаются ни в каких научных трудах.