Болезни империи. Как пытки рабов и зверства во время войн изменили медицину

А может, вовсе не было никаких сомнений и никакого сопротивления. Гражданская война уже началась, и появился новый, нежданный враг – болезнь. Возможно, мать ребенка не кричала от ужаса, надеясь, что все это защитит их от невидимых врагов, угрожавших жизням. В этом случае она уверенно – и, может, даже с гордостью – сама подвела своего ребенка к двум мужчинам, стоявшим в тени высокого раскидистого пекана, вокруг которого, подобно снежной пороше, кружился хлопковый пух, улетевший далеко с полей, где он рос, цепляясь за ее волосы, платье и руки ребенка. Надсмотрщик неспешно плелся за женщиной, потому что он заверил ее в том, что это спасет ребенка; что ей вообще повезло, что их выбрали. До них были и другие, но не каждому доводилось попасть на встречу с врачом и хозяином. Врача не терзали никакие дурные предчувствия. Он излучал уверенность в себе, ведь он прочитал статью, в которой подробно объяснялось, как предотвратить распространение оспы. Так что и хозяин не дрогнул, ничуть не беспокоясь. Ведь он знал, что сохраняет не только ценность этого мальчика, но и ценность всех рабов на его плантации. Равно как защищает свою собственную семью и всех своих соседей.

Врач заглянул в свой чемоданчик и извлек инструменты, среди которых была жестяная коробочка с корками, соскобленными с человека, который ранее был привит от оспы. В жестяной коробочке также было немного лимфы, бесцветной жидкости, сочившейся из язв, образовывавшихся после вакцинации, – либо в маленькой пробирке, либо в засушенном виде между предметных стеклышек [2]. А еще в наборе инструментов был скальпель – специальный хирургический нож, которым врач прокалывал язвы и соскребал язвенные корки.

Врач приблизился к здоровому ребенку и его матери, сжимая скальпель в руке. Мать, возможно, невольно вздрогнула при виде острого инструмента, угрожающего ей самой и ее сыну. Ребенок, возможно, заплакал. И тогда мать, наверное, умоляла врача не проводить процедуру. Но во времена рабства слезные мольбы рабов оставались без внимания. Врач схватил ребенка за руку. Надсмотрщик и хозяин, возможно, прижали ребенка к дереву и бросили мать на землю. Врач притянул к себе руку ребенка и пронзил скальпелем детскую плоть. С помощью пера врач извлек из жестяной коробочки лимфу и поместил ее на кровоточащую рану…

* * *

Во время Гражданской войны в США оспа поразила огромное количество людей. Задолго до начала войны врачи и муниципальные власти обычно просто сажали зараженных оспой на карантин, чтобы предотвратить дальнейшее распространение вируса [3]. Хотя, как правило, такой подход оказывался достаточно эффективным, во время войны он представлялся практически невозможным в связи с постоянными перемещениями больших людских масс. Мобилизация войск, освобождение рабов и дислокация гражданского населения способствовали распространению вируса и мешали врачам пользоваться стандартными протоколами действий [4]. К середине девятнадцатого века врачи уже умели предотвращать вспышки оспы путем вакцинации. Однако разгоревшаяся война привела как к нехватке вакцин, так и к определенным сложностям в их транспортировке на большие расстояния. При отсутствии возможности получить вакцину из центральных хранилищ, врачи соскребали корки или собирали лимфу из пустул на коже недавно вакцинированных людей. Затем напрямую вводили другому пациенту. Либо же хранили в специальном чемоданчике, чтобы использовать этот материал позднее [5].

До того, как в конце восемнадцатого века в Англии Эдвард Дженнер разработал технику вакцинации, для иммунизации против оспы активно использовался метод вариоляции или инокуляции.

В то время как вакцинация подразумевала искусственное заражение человека ослабленным вирусом, вариоляция означала внесение здоровому человеку оспенного материала из настоящих оспенных пустул – обычно через царапины или надрезы на руке.

Вариоляция использовалась на протяжении столетий в Африке, Китае и Индии. Распространение этой методики в Соединенных Штатах началось в восемнадцатом веке в Бостоне и связано с рабством [6].