Бражники и блудницы. Как жили, любили и умирали поэты Серебряного века

Михаил Кузмин на грани: болят зубы, и денег, как всегда, ни гроша. Приходится заложить жакет – но за него дают всего 20 рублей. Приходится писать в бульварный журнал «Лукоморье» – но гонорары задерживают. Приходится выступить с лекцией в «Бродячей собаке» – но сборы оказываются до смешного малы. Приходится продолжать жить у беллетристки Нагродской – но та ревнует Кузмина к Юркуну, закатывает истерики по пустякам и требует к себе постоянного внимания.

Одна радость – Юркун, любовь к которому длится уже больше года и все никак не проходит. Юркун постепенно становится серьезным литератором – он работает над повестью, ходит в «Собаку» и дружит со всеми, с кем положено дружить начинающему писателю.

Максимилиан Волошин чувствует себя «не ко двору» в литературе – ему до сих пор не простили статьи, в которой он оправдывает посягнувшего на картину Репина вандала Балашова. Картина давно отреставрирована, Репин здоров, Балашов в лечебнице, Волошина все еще не печатают.

Уже год он безвылазно живет в Коктебеле – занимается живописью, пишет стихи, принимает гостей из Петербурга и Москвы. Маргарита Сабашникова зовет Волошина в Дорнах – строить Гетеанум. Волошину нравится идея совместного строительства огромного, вселенской значимости здания, но денег на поездку в Швейцарию пока нет.

Маргарита Сабашникова, Андрей Белый, Ася Тургенева и ее сестра Наташа работают над колоннами и архитравами будущего театра-храма. Последователи Штейнера съехались со всей Европы, каждый занят своим делом: художники расписывают купола и стены Гетеанума, стекольщики делают цветные стекла для витражей, плотники строгают бревна, повара готовят для всех еду. Не умеющие ничего обучаются на месте!

Здание получается поистине невероятным: ни одного угла, округлые, природные формы, странные росписи, в которых будто бы смешаны все религии и культуры мира, зрительный зал, сцена для мистерий, на которой уже репетируют Фауста (Маргарита Сабашникова будет играть вошь!).

Поэт Андрей Белый со стамеской в руках пытается работать по дереву. Ничего не получается, но Белый продолжает со свойственным ему упорством. Дикие мысли лезут в голову и не дают сосредоточиться: кажется, он не на шутку влюбился в Наташу, сестру собственной жены. Она является ему во снах, как-то странно на него смотрит, будто бы на что-то намекает. Эротическое напряжение растет – Белый пытается справиться с ним с помощью многочасовых медитаций, но ничего не получается. Ася постепенно отдаляется: она фанатично увлечена антропософией и Штейнером.

Белый начинает сомневаться: родина, поэзия, друзья, слава, жена – все это постепенно исчезает из его жизни. Стоит ли игра свеч?

В конце апреля из Парижа в Петербург возвращаются Зинаида Гиппиус, Мережковский и Философов. Гиппиус смотрит на мужа и не может понять: что с ним? Мережковский как-то особенно задумчив и молчалив, притом что совершенно здоров и еще недавно был весел. Мережковского мучают предчувствия. Это их последнее возвращение в Россию.

Май

«Бродячая собака» заканчивает третий сезон, все уходят на каникулы.

«Ее плечи бессмертны», – думает Александр Блок о плечах Любови Дельмас и говорит с Менделеевой о желании разъехаться. Писатель Леонид Андреев убеждает Станиславского в необходимости постановки блоковской пьесы «Роза и Крест» в Художественном театре – давняя мечта Блока, кажется, начинает сбываться. Родители Всеволода Князева выпускают сборник его стихов – все посвящения Михаилу Кузмину предусмотрительно убраны.

О гибели Надежды Львовой уже не говорят, но Брюсов все еще пытается оправдаться – перед самим собой. Он делал все, чтобы Львова чувствовала себя лучше, самоубийца всегда найдет способ – при чем тут подаренный пистолет? Нищенствующая в Европе Нина Петровская торжествует: до нее-то Брюсов теперь не доберется, пусть другие страдают. Каждой мыслью и каждым действием она будто бы мстит вечному возлюбленному.

Сергей Эфрон экстерном сдает экзамены – он вымотан до предела. Цветаева не может насмотреться на мужа, на дочку – Ариадне Эфрон почти два года, она говорит много слов и явно опережает сверстников в развитии.

Почти два года и Льву Гумилеву – вместе с родителями в конце мая он едет в Слепнево. Николай Гумилев не знает, что делать: Таня Адамович хочет замуж, но для этого ему необходимо развестись с Ахматовой.

В греческой кофейне на Арбате собираются представители разных ответвлений футуризма – нужно понять, чего друг от друга ждать. Участник футуристической группировки «Центрифуга» Борис Пастернак смотрит на Маяковского и думает: гений. Пораженный собственной гениальностью Маяковский бродит по московским бульварам и бормочет строчки нового стихотворения. Стихотворение все ширится, ширится и никак не может закончиться – Маяковский пишет поэму «Облако в штанах».

Здание Гетеанума разрастается, наполняясь деталями, формами и символами, – антропософы работают не покладая рук.

Весна 1914 года заканчивается, начинается жаркое, душное, грозовое лето.

Июнь